А ты? Каждый божий день возвращаешься сразу, как работу закончишь. Значит, тянет тебя сюда. Тебе здесь тепло, тебя здесь ждут. Такие вещи не мозгами, а душой понимают. Значит, она у тебя работает, не стоит без дела. Или другой тебе пример приведу. Ты с прошлой недели начал мне с работы звонить. Я ж тебе не любимая девушка, чтобы тебе в радость было голос мой услышать. Это душа твоя стала требовать. Ей приятно, что есть кому позвонить, о ком побеспокоиться.

Надо же, как ловко бабка Софья все по полочкам разложила! Получается, что и в самом деле в нем душа проснулась.

– А вы сами мудрая? – невольно вырвалось у него.

Софья Илларионовна помолчала, потом ответила:

– Нет, сынок, я не мудрая. Я слишком давно живу одна, если и была во мне мудрость, так вся вышла. Вот будем жить с тобой вместе – глядишь, и я потихоньку мудреть начну.

Глава 5

Утром, однако, ситуация предстала перед Татьяной в несколько ином свете. Она уже позавтракала и стояла перед зеркалом, нанося на лицо макияж, когда раздался телефонный звонок. Звонил ее сосед по служебному кабинету.

– Таня, у нас беда. Роман Панкратов умер.

– Как умер? Отчего?

– Погиб. Под машину попал. Я с утра на работе не буду, надо помочь семье со всякими формальностями, жену туда отправить, организовать перевозку тела. Прикрой меня, ладно? Шеф в курсе, но у меня куча народу на первую половину дня вызвана. Извинись перед ними и попроси всех прийти завтра в это же время.

Татьяна положила трубку и обессиленно присела на край дивана. Роман Панкратов. Тот самый следователь, который начинал дело об убийстве Бахметьевой, а потом уехал в отпуск. Должен был вернуться дней через десять. Уже не вернется. Попал под машину в том городе, в котором отдыхал."

"Ужасно. Чудовищно. Или… закономерно? Если все происходило примерно так, как она себе представляет, то это должно было случиться. Ромка вернулся бы из отпуска, и Татьяна полезла бы к нему с расспросами о первом этапе расследования. И тогда все вылезло бы. Панкратов был обречен на смерть с того самого момента, когда дело передали ей. Даже не с этого момента, а чуть позже, когда она стала задавать вопросы второму следователю, Вальке Чудаеву.

Сколько стоит квартира Бахметьевой? Тысяч сорок – сорок пять. Долларов, конечно, не рублей же. Выходит, человеческая жизнь стоит дешевле.

Как бы там ни было, соваться к оперативникам со своими заданиями нельзя. Опасно. Группа большая, и как знать, кто именно в нее входит. Можно нарваться. Панкратов уже нарвался. Как же быть? Сделать вид, что ничего не заметила? Да, наверное, так и надо сделать. Спокойно раскрывать убийство Бахметьевой. Если оно совершено не из-за квартиры, то можно отделаться легким испугом. А если все-таки из-за нее? Черт, что же делать?

Она вспомнила недавно проведенные в Москве две недели.