Сама Елена – дамочка довольно молодая, ей всего сорок пять, в последние восемь лет нигде не работала, изображала из себя приветливую домохозяйку, до этого была секретарем, печатала на машинке в госучреждении. Она, видишь ли, в свое время вышла замуж за миллионера Бахметьева, будучи совсем юной, лет девятнадцати, посему и образование не получала. Зачем ей образование, когда у мужа столько денег? Потом ребенок, тут уж не до учебы. Короче, тихая спокойная женщина, ни в чем предосудительном не замечена. Ее муж, Юрий Шкарбуль, тоже к бизнесу отношения не имел, он врач-стоматолог. Конечно, частная практика имела место даже тогда, когда это было запрещено, но до прокуратуры дело никогда не доходило. Доктор Шкарбуль умел зарабатывать умеренно и никогда не наглел. Однако жили супруги все двадцать лет отнюдь не бедно. Не шиковали до такой степени, чтобы это бросалось в глаза окружающим и вызывало злобу и непреодолимое желание шепнуть в ментовку, но и не отказывали себе ни в чем. В разумных, естественно, пределах.

– Угу, – подхватил Стасов. – И ты хочешь спросить меня, на какие деньги они так хорошо жили два десятка лет?

– Нет, Владик, спросить не хочу, я хочу услышать твой ответ и сравнить с тем ответом, который появился у меня в голове.

– Опять экспериментируешь? Я не понял, ты кого на дурость проверяешь, меня или себя?

– Себя, конечно. Ты умный и ушлый, это всем известно.

– Ладно, не подлизывайся. Я думаю, жили они на денежки расстрелянного муженька Бахметьева. Видно, во время следствия изъяли только небольшую часть, а остальное где-то осело и досталось вдове.

– Вот и я так думаю. Выходит, я не глупее тебя, Владик, и меня это искренне радует. Ты понимаешь теперь, почему мне интересно заниматься убийством супругов Шкарбуль? Они бизнесом никогда не занимались, стало быть, их убийство – это не разборка на почве отношений, возникших сегодня или хотя бы вчера. Ревность я уже проверила, она там близко не лежала. На удивление прочный брак. И, кстати, внешне пара очень красивая, что Елена, что ее муж. И остались у меня всего две версии: ограбление и платежи по старым счетам.

– Какая же тебе кажется интереснее?

– Ой, Владик, они друг друга стоят, эти версии. Мы-то с тобой понимаем, что те деньги, которые припрятал и спас от конфискации Сергей Бахметьев, наверняка принадлежали не лично ему. Или не целиком. Ты лучше меня должен эту мафиозную кухню представлять. Там всегда есть какие-то сложные взаиморасчеты, общие котлы и прочее. Короче, по-видимому, на те деньги и ценности, которые с чистой совестью взяла себе Елена Бахметьева-Шкарбуль, нашлись и другие претенденты, которые с точно такой же чистой совестью полагают, что имеют на них право. Другой вопрос, почему они так долго ждали, чтобы заявить о своих правах.