Тоже вот странно – почему их не выгнали во время разговора? Или все уверены, что эти кости точно никому ничего не расскажут?

– Иржи? – ласково позвал Грегориан. – Ты как? Встать сможешь?

Я посмотрела на него и, увидев сочувствие, почти жалость в его глазах, не выдержала. Прямо сама от себя такого не ожидала, но это было настолько естественно в эту минуту, что я даже и не думала, что делаю. Я просто протянула к нему обе руки, а когда он подался навстречу, обняла за шею и, уткнувшись носом куда-то в плечо, расплакалась. Очень уж неожиданно все произошло…

Ужас! Какой-то всепоглощающий ужас, вот что я чувствовала. Вся эта кошмарная ситуация с побегом от неизвестного жениха была ничем по сравнению с тем, что я испытывала сейчас. Сначала эта нереальная боль… Такая, что вопила и умоляла о пощаде каждая клеточка тела… Никогда не думала, что может быть так больно. Просто за гранью… Я неоднократно падала, всякое случалось во время тренировок. И кости ломала, и связки рвала, и порезов было достаточное количество. Благо лекари все это могут убрать без последствий для организма. Но то, что я испытала всего несколько минут назад…

И услышанные слова. Я – темная! Не просто мама моя отсюда, из Темной империи. Я – ТЕМНАЯ! И у меня есть магия, блок с которой сейчас снял император Дагорн. От этой мысли волосы вставали дыбом. У меня стоял блок, и никто все эти годы даже не догадывался, что у меня вообще есть магия. А сейчас? Великие боги! Сейчас блока нет. И мне нет дороги домой, к папе, к Валли. Что же мне делать? Как жить?

Наивная надежда перекантоваться здесь полгода до совершеннолетия, а потом вернуться домой разбилась вдребезги. И кто я теперь? Темная – по магии и крови? Светлая – по воспитанию и тоже по крови? Кто я теперь в этом мире? И там чужая, и здесь не своя. Ну кто просил этого темного императора лезть ко мне со снятием блока? Зачем? Жила себе спокойно целых двадцать лет безо всякой магии и дальше бы жила.

– Так, хватит! – ворвался в мозг суровый голос Себастьяна. – Развела тут сырость. Чего ревешь? Все ведь уже прошло, а голос сейчас вернется.

Оторвавшись от Грега, который уже придушенно сипел в моих объятиях, я перевела укоризненный взгляд на того, на чьих коленях по-прежнему сидела. Ой!

– И? Что ты на меня так смотришь? – Карие глаза на мой немой укор не отреагировали. – Сколько ты еще собираешься себя жалеть?

Говорить я не могла, поэтому просто всплеснула руками. Он что, не понимает?! У меня же шок!

– Ой, вот только не надо мне тут изображать раненую птицу, – усмехнулся бородач. – Ну есть у тебя магия. Тоже мне трагедия. Ты и тут прекрасно проживешь. Свет клином не сошелся на Светлой империи.

Последнее предложение прозвучало настолько нелепо, что мы – все трое – озадаченно переглянулись.

– М-да.