Как мог такой безобидный клочок бумаги нести в себе столько горя и боли? И что теперь делать? Отдать письмо Кэтрин или нет? Если она каким-то образом узнает о гибели сестры, то будет винить мужа в том, что он скрыл от нее страшную правду.

Нет, молчать нельзя. Это может оказаться ошибкой. Непоправимой ошибкой.

А если Кэтрин потеряет малыша? Что ж, он, Хью, это переживет. Ведь это, в конце концов, ребенок Шона.

Хью вышел из кабинета и поднялся наверх, к Кэтрин. На этот раз он остановился у двери, постучал и, лишь дождавшись разрешения, переступил порог.

Кэтрин сидела в кресле перед камином.

Когда муж подошел к ней, она одарила его ласковой улыбкой. В другом кресле устроилась Полли, а Мев играла на коврике у ее ног.

У Хью сжалось сердце: неужели он сейчас разрушит эту идиллию, проникнутую миром и покоем домашнего очага?

– Полли, отведи Мев вниз, – распорядился Хью. – Я хочу поговорить с леди Кэтрин наедине.

Когда дверь за служанкой и малышкой закрылась, он принялся беспокойно расхаживать по комнате. Наблюдая за мужем, Кэтрин недоумевала: в чем она могла провиниться на этот раз?

– Что случилось? – наконец спросила женщина, нарушая тягостное молчание.

Хью резко остановился. Он хотел что-то сказать, но, поколебавшись, отвел глаза.

«Она доверяет мне», – вздрогнув, подумал он. Лицо Кэтрин было обращено к нему, и он взволнованно заглянул ей в глаза. Нет, он не может сказать ей правды! Вдруг потеря ребенка погубит Кэтрин? Господи, этого Хью не переживет!

– Так что же стряслось? – снова спросила его жена.

– Завтра я хочу поговорить с двумя леди, готовыми занять место няни, – сказал Хью. – И поскольку та из них, которую мы выберем, будет заботиться о твоих детях, то решать, конечно же, тебе.

Кэтрин кивнула, довольная тем, что муж считается с ее мнением.

– В котором часу мне нужно быть в кабинете? – осведомилась она.

– В десять, – ответил Хью.

– Я обязательно приду.

Не сказав больше ни слова, он стремительно вышел из комнаты, быстро спустился по лестнице и направился в кабинет. Остановившись у камина, молодой человек достал из внутреннего кармана камзола роковое письмо и швырнул его в огонь. Он сообщит жене о гибели сестры, как только ребенок появится на свет. Вряд ли Кэтрин узнает страшную правду до родов.

На следующее утро Кейт спустилась в кабинет Хью с опозданием; впрочем, она появилась как раз вовремя, чтобы избавить себя от сердечных мук, которые могли грозить ей в будущем. Она вошла без стука и поспешно уселась в кресло рядом с мужем, а затем посмотрела на молодую особу, сидевшую напротив; та тотчас поднялась, сделала книксен и снова опустилась на стул.

– Это Мегги О'Малли, – представил Хью жене полногрудую блондинку."

"Кэтрин принялась разглядывать это юное существо, меньше всего походившее на няню.