– Что? Что ты хочешь знать?

– Мне нужно поговорить со Стэкхаусом, – сказал Люк. – Как это сделать?

– Телефон, – ответил Эванс. – У нее есть специальный телефон. Она ему звонила, до того, как они приступили к… ну, вы знаете… захвату. Я видел, она убрала телефон в карман пиджака.

– Я принесу. – Венди повернулась, чтобы идти в участок.

– Телефона мало, – сказал Люк. – Приведите ее саму.

– Люк… она ранена.

– Она может нам понадобиться, – настаивал Люк. Глаза у него были безжалостные.

– Зачем?

Затем, что теперь это шахматы, а в шахматах мало думать о ходе, который делаешь, или даже о следующем.

Ты обязан думать на три хода вперед. И для каждого знать три альтернативных, в зависимости от ходов противника.

Венди посмотрела на Тима, тот кивнул:

– Приведи ее. Если потребуется, в наручниках. В конце концов, ты представитель закона.

– Господи, ну и мысль, – ответила Венди и ушла.

Теперь наконец Тим услышал сирену. Может быть, даже две. Слабые, очень далеко.

Люк схватил его за руку. Тим подумал, что мальчик выглядит очень собранным и при этом смертельно усталым.

– Нельзя, чтобы меня сейчас забрали. Моим друзьям больше некому помочь.

– Твоим друзьям в Институте?

– Да. Вы же теперь мне верите?

– Трудно не поверить после флешки и всего остального. Кстати, она у тебя?

Люк похлопал себя по карману.

– Миссис Сигсби и ее люди планируют сделать с твоими друзьями что-то, после чего они станут как те дети на флешке?"

"– Они уже это делали, но мои друзья вырвались. В основном благодаря Авери, который туда попал за то, что помог мне сбежать. По-моему, это называется ирония судьбы. Я почти уверен, что они снова угодили в ловушку. Стэкхаус их убьет, если я не сумею сторговаться.

Вернулась Венди. В руке она держала прямоугольный предмет – видимо, телефон. По тыльной стороне ладони тянулись три кровавые царапины.

– Не хотела отдавать. А сильная какая, хоть и с простреленной ногой!

Венди протянула устройство Тиму и обернулась. Сиротка Энни и Барабанщик Дентон тащили миссис Сигсби под руки, та, несмотря на бледность и перекошенное болью лицо, упиралась изо всех сил. За ними шли не меньше тридцати дюпрейцев во главе с доком Роупером.

– Вот она, Тимми, – запыхавшись, объявила Сиротка Энни.

Судя по красным отметинам на щеке и виске, миссис Сигсби успела ударить ее по лицу, и не раз, однако Энни вовсе не выглядела огорченной. – Что велишь с ней делать? Я так понимаю, вздернуть ее нам не разрешат, а вообще хотелось бы.

Док Роупер поставил свой чемоданчик, схватил Энни за серапе и отодвинул в сторону, чтобы не мешала говорить с Тимом.

– Вы соображаете, что делаете, ради всего святого? Эту женщину нельзя никуда везти! Вы ее убьете!

– Думаю, она вовсе не на пороге смерти, док, – вмешался Барабанщик.