— Хорошо, что Забродов не видел, — усмехнулся Говорков, — не то бы он, подлец, целый месяц вспоминал и подкалывал меня при каждом удобном случае! Кстати, — недоуменно почесал он пятерней кудлатый затылок, — а где же Илларион Константинович?

Шустрого седовласого пенсионера и в самом деле не было видно среди густой молодой зелени: по-видимому, он побежал в дальний угол парка, где находилась спортивная площадка с физкультурными снарядами.

— Вот черт! — вздохнул Говорков. — И чего я поперся в этот дурацкий парк. Сидел бы сейчас, болван, дома, допил бы портвейн, затянулся дымом сигаретки…

Костлявый мужичок мысленно представил себе эту картину, и его охватила такая тоска, что он чуть было не завыл. Но более всего ему в этот момент захотелось выкурить ядреную сигарету.

Осмотревшись по сторонам в надежде увидеть курящего человека, Говорков не увидел не только такового, но и вообще никого. Страдалец бросил нетерпеливый взгляд под ноги, надеясь найти окурок.

— Свинство! — простонал Петрович, хлопнув себя по сухой ляжке. — Даже бычков сраных и то нет!

Пройдя по аллее внутрь парка, он заметил среди зарослей кустарников скамейку, на которой отдыхал физкультурник.

— Наконец-то человеческим духом запахло! — радостно воскликнул Петрович и быстрым шагом направился в сторону сидевшего на скамейке мужчины в спортивном костюме «Адидас» синего цвета. — Может быть, у него разживусь табачком?

Иосиф Петрович подошел к неподвижно сидящему физкультурнику и весело произнес:

— Привет спортсменам!

Однако на радостное и громкое приветствие мужчина не только не откликнулся, но даже и не повернулся в сторону Говоркова, чем несказанно его расстроил.

— Ты че, друг, глухой? — подсев на скамейку к физкультурнику, недовольно проворчал Иосиф Петрович. — Или переработался на спортивной ниве? Закурить не найдется?

Но все старания спартаковца были напрасными: физкультурник не хотел вступать в разговор с настырным незнакомцем, и это сильно возмутило Говоркова.

— Браток, это невежливо с твоей стороны не отвечать, когда к тебе обращаются культурные люди, — недовольно хмыкнул Иосиф Петрович и панибратски хлопнул молчаливого собеседника по плечу. — Просыпайся, олимпийский чемпион!

Молчаливый мужчина от несильного удара покачнулся, повалился на бок и неподвижно застыл в нелепой позе.

— Эй, мужик… — после некоторого молчания с трудом выдавил из себя Говорков, — ты чего это тут разлегся?

Физкультурник молчал.

— Ты че, дружище, помер? — болезненно улыбнувшись и стараясь перевести все в шутку, растерянно произнес Иосиф Петрович. — Ну, хватит придуриваться, браток, давай вставай, труба зовет…

Физкультурник все так же молчал.