Кто знает, на что способен подвыпивший самодур.

— Господин барон, леди Ровене, по условиям брачного контракта, не выделяется вдовья доля. Я не считаю возможным оставлять ее здесь. Жить в одном доме с мужчиной, совершенно неприлично.

— Помилуйте, ваше сиятельство! Здесь будет жить и моя жена и мои дети! Четыреста салемов!

Скотина такая!

— Господин барон, леди Ровена изъявила желание посетить родительский дом и повидаться с матерью. Если она надумает вернутся сюда — я лично прослежу, что бы в дороге её сопровождало достаточное количество охраны.

— Не зарывайтесь, ваша светлость! Вы не графиня-мать, тысячу салемов я не дам! Пятьсот — последняя цена!

— Не думаю, господин барон, что герцогу понравится ваше поведение.

Отказать вдове во встрече с матерью-герцогиней — это слишком!

— Не забывайте, ваша светлость, что вы сейчас на территории моего герцога, а не вашего.

— Никто не захочет конфликта, барон. Но и отказать вдове в посещении родительского дома — это будет выглядеть как насильственное удержание!

Барон начинал злится.

— Сколько вы хотите, ваша светлость?

— Барон, не забывайтесь! Как аристократ, вы должны понимать, что такое слово чести! Я обещала свозить леди к её матери и я не нарушу слово! Ведите себя достойно, вы не на рынке!

С этими словами я встала, кивнула своим фрейлинам и удалилась.

Чёрт с ним, скотиной этакой. Понадобится — с боем уедем. Еще не хватало мне выслушивать оскорбления от каждого пьяного урода. В конце концов со мной охраны чуть не двадцать человек. Но поджилки у меня всё же тряслись. Может и зря я не сдержалась. С правами человека здесь не слишком хорошо. Кто сильнее — тот и прав.

Глава 66

Два дня назад барон, похоже, напился.

На хозяйской половине был крик, кого-то били. Не понимаю, как Ровена здесь выжила и не сошла с ума. Чудовищно давящая атмосфера дома просто высасывает силы.

Утром несколько человек пороли на конюшне.

Вмешиваться я не могла, но слушать вопли было невыносимо. Леди Ровена сидела бледная, как полотно и тихо молилась. К ней присоединились все мы. Даже я…

С утра грузили сундуки леди Ровены. Не скрываясь и не стесняясь. Было объявлено, что, сразу после окончания поминок, вдовствующая баронесса Фуст и графиня уедут в столицу, на встречу с графом Ромским.

Графиня торопится к мужу.

— Леди Ровена, зачем вы берете с собой шкатулку с драгоценностями? — барон проявлял редкую заинтересованность в погрузке и лично присутствовал при скорой упаковке сундуков.

Я не отходила от леди Ровены.

— Эти драгоценности были подарены мне мужем. Они моя личная собственность и не входят в перечень фамильных драгоценностей. Вы можете проверить это, барон, в шкатулке лежит список моих украшений составленный рукой вашего отца. Это личные драгоценности.