—Это правда, — с трудом, будто пересиливая себя, произнес Этьен. – Но ты всё же оборотница, с теми же рефлексами и желаниями, что и все остальные оборотни.

Он провёл рукой по моим волосам, пропуская пряди сквозь пальцы – будто причёсывая их.

— Оборотницы любят подчиняться сильному самцу, — заметил Этьен. – В наших стаях, главный закон – это Альфа и его сила.

— Тебе нужно моё подчинение?

— Тая, — Этьен тяжело вздохнул. – В человеческом мире жена тоже испокон веков подчинялась мужу.

— Когда-то подчинялась.

—До сих пор подчиняется, — покачал головой Валуа.

– А ты вместо того, чтобы стремиться стать частью своего нового дома, сбежала в другую стаю, собиралась сделать аборт, вытравив моего ребенка. Я имел право разозлиться, не так ли?

— Я не собиралась делать аборта, — замотала я головой и на всякий случай прижала ладонь к животу. – Даже не говори об этом.

Я поклялась себе не вспоминать те ужасные мысли.

Этьен прищурился.

— Но ты все равно рисковала нашей дочерью, не подпуская меня к себе. Ты же это понимаешь?

— Знаешь, при применении каждого лекарства возможны побочные действия… Но людям приходится принимать их, поскольку лечебный эффект того стоит.

– В отношении ребенка – пусть даже ещё не рожденного – решение должны принимать оба родителя. Да, плод находится в теле женщины, но отцы имеют такие же права решать судьбу своего потомства, как и матери, их носящие!

Сглотнув, я заметила:

— А если угроза как раз со стороны одного из родителей? В твоей стае не всем весело живётся.  Лера, вот хотя бы… скажи, чем эта милая девочка заслужила такое к себе обращение? Отец погиб, отчим – бывший бета, да и нынешний бета не просто её сводный брат.

За что с ней так обращались в родной стае, а?

Я криво усмехнулась.

—А сама я… Ты вот сказал, что я должна была стремиться стать частью своего нового дома – дома, где мне было так плохо, что не хотелось жить.

— Ты должна была сказать мне, — вздохнул Этьен.

— Ты тоже был частью проблемы, — замотала я головой. – Ты злился, рычал... принуждал к сексу.

— Это я ещё сдерживался, — усмехнулся Валуа. – Ты не представляешь себе, что это такое: находиться рядом со своей новообретённой истинной парой, которая держит тебя на расстоянии вытянутой руки.

Он невесело рассмеялся.

— Даже у людей существует «медовый месяц для новобрачных». А что было у нас? Ты то принимала меня, то отталкивала, то всеми возможными способами демонстрировала, насколько тебе противен и я, и моя стая.

Я изумленно уставилась на Валуа.

— Ты силой заставил меня сесть на самолёт, покинуть родную страну ради чужой культуры и чужого мужчины.

—Ты моя истинная пара, — рыкнул Валуа, сверкнув волчьим взглядом. – Место самки априори рядом с её самцом.