- Обманете какого-то другого товарища?

- Так он же приг, чего такого?

- Приг? А я тогда кто?

- А ты древний, - выпалил Миша, за что получил от молчаливого Ромы ещё один тычок под рёбра. - Да успокойся, Ром. Чётко же получится, - повернулся ко мне и продолжил: - Сейчас я всё объясню. Мы кодеры, из Города. Мы Лютому эктор на станер поставили. А потом разработали способ ставить И-метку в обход системы. А Лютый нам не доверяет, сказал, что притащит кого-то для пробы. Ну и притащил тебя. Сказал, что ты из древних. Мы сначала не поверили, а потом на тело глянули, вроде как и точно древний.

- Что-то от твоих объяснений стало ещё хуже. Давай-ка с самого начала.

- Ну говорю же, мы кодерыыы... - глаза у Миши закатились и он завалился на колени своему другу.

Тот сразу всполошился:

- Ему плохо! Он умирает! - взгляд полный слёз: - Ты его убил! Нужно его срочно в реаниматор. Миш! Ты как, Миша?!

Начинает тормошить приятеля, пытается поднять, потом и вовсе покатил обмякшее тело по полу.

- Ладно, - отодвигаю плаксу и беру Мишу на руки. Веса в нём килограмм сорок, не больше. - Куда его?

- Сюда, - Рома семенит вокруг, показывает на стол, к которому я бы прикован. Смотрит на меня и мою ношу такими глазами, будто я по воде хожу. И понятно отчего, такому дрыщу своего товарища ни в жизнь бы не поднять на уровень столешницы. Интересно как они меня на неё запёрли?

Осторожно кладу Мишу. Металлическая поверхность неприятно холодит руки. Отхожу. С потолка опускается выгнутая крышка и закрывает тело. Рома стоит уставившись в этот колпак, не шевелится. Только что суетился, как сумасшедший, а теперь вдруг впал в ступор.

- Ну?

- Не мешай, я занят, - продолжает стоять.

Так проходит минут пять. Затем Рома отмирает.

- Сотрясение средней тяжести. Множественные гематомы, перелом лицевой кости, - смотрит на меня осуждающе: - Не мог поаккуратнее?

- Мог, а ещё мог и тебе лицо сломать. Стой, а ведь и сейчас всё ещё могу, верно? - Рома от моих слов попятился и вжался в стену. - Но мне импонирует, что ты так переживаешь за своего друга. Значит что-то хорошее в вас определённо есть. И пока мы на такой хорошей ноте, предлагаю тебе начать рассказывать, пока настроение моё окончательно не испортилось.

Грозно стучу кулаком в ладонь. Рома натужно сглатывает и одновременно с этим у меня в кишках раздаётся громкое урчание. Похоже живот скоро прилипнет к спине от голода.

- Еда есть?

- Да-да, туда, - кивает в соседнюю комнату.

Соседняя ещё меньше предыдущей и почти пустая. Только в углу шкаф. Рома открыл дверцу, за ней батарея бутылочек, точно таких же, как я уже видел, и прямоугольные пачки, чуть больше сигаретных.

Даёт мне бутылочку и одну из пачек. Обёртка легко раскрылась, она очень похожа на промасленную бумагу. Под ней брикет серого пластилина, ни запаха, ни вкуса.