Второй солдат лишь успел обернуться к разведчику, как мгновенно получил удар ножом в грудь и осел на залитую водой землю.

Игнат выглянул за поворот траншеи и увидел еще двух немцев. Один возился возле укрытой от дождя стереотрубы, проверял и поправлял колпак, чтобы вода не залила оптику, второй с ручным пулеметом на бруствере продолжал наблюдать за подступами к мосту.

Немца за пулеметом Игнат ударил ножом под лопатку, и тот уронил голову на приклад. Второй в общем шуме грозы так ничего и не заметил и, стоя к Игнату спиной, все поправлял чехол на стереотрубе, которая ему уже не пригодится никогда.

..

Оставался последний зигзаг траншеи, за которым предположительно должно быть два солдата. Но их оказалось трое. Когда разведчик увидел их, он вошел в изгиб траншеи. Здесь уже не имело большого значения, двое их или трое. Гроза с ливнем продолжала бушевать, удары грохотали почти непрерывно, и охрана с другой стороны насыпи наверняка не услышит выстрелов, а в этой траншее оставшиеся солдаты были последними. Тем более что другого выхода просто не было.

Он. нажал на спуск, автомат щелкнул, но выстрела не последовало.

Разведчик мгновенно сорвал с плеча второй «шмайссер», взятый у убитого немца. Игнат видел, как высокий солдат в каске, широко раскрыв рот и выкатив глаза, что-то кричит, но ничего не слышно из-за грозы. Вот немец поднимает автомат...

Игнат стрелял, пока не кончились патроны в магазине. Три охранника уже лежали на дне траншеи.

Стенки траншеи были укреплены досками, и в одном месте разведчик обнаружил глубокую нишу, в которой лежали ящики. Значит, не ошибся. Хотя это, пожалуй, резервная взрывчатка. Мост наверняка уже заминирован, но никак не найти подрывной «адской» (* Так разведчики на фронте называли машинку-индуктор.

) машинки. Игнат ножом вскрыл все шесть ящиков. В каждом светлели толовые шашки. Отдельно нашел детонаторы. В одном из ящиков — аккуратно сложенный детонационный дистанционный шнур. Игнат внимательно осмотрел желтовато-матовый плоский прямоугольный брикет. Почти как наши. Снова положил в ящик, обернул промасленной бумагой, чтобы вода не попала.

Здесь в нише было сухо, и Игнат работал стоя в траншее, согнувшись, по пояс углубившись в нишу.

Он вставил детонатор в шашку в одном ящике (остальные сдетонируют от взрыва), аккуратно закрыл тротил промасленной бумагой, вывел из ящика соединенную со взрывчаткой бухту шнура. Фугас был готов.

Гроза грохотала, и дождь хлестал еще злее. Ирина, конечно, ничего не видит из своего окопа, переживает, но и надеется на него. Он это понимал.

Теперь наступал второй этап: снять часового на своей половине моста и незаметно для второго часового и для остальной охраны заминировать один из пролетов.