Я Милу – или она меня.

– Продолжим, Никита Станиславович, – говорит следователь.

Карамзин мне нравится. Он задаёт чёткие, правильные вопросы, цепляется к незначащим вроде бы мелочам. Ценный кадр. Пожалуй, в своём мире я бы взял его на работу.

Обстоятельный опрос свидетеля занимает около двух часов. При этом моего пребывания в разломе ни Львов, ни Карамзин и словом не касаются. Как и того, был ли «взят» тот долбаный бункер.

Придётся спрашивать.

– Могу ли я узнать последствия моего визита в ту лабораторию? – Последнее слово я выделяю голосом. Услышал я его от лешего, но уверен: так и есть.

Именно что лаборатория.

– Отчего бы тебе и не узнать, – устало говорит глава Тайной канцелярии. – Лаборатория, – он тоже делает на этом слове ударение, – совершенно пуста. И скорость её зачистки просто потрясает…

– Я займу еще несколько минут вашего времени, Никита Станиславович, – неожиданно говорит Карамзин. – Взгляните, пожалуйста."

"Он протягивает мне смартфон и запускает видеоролик.

Рассматриваю неряшливо одетого человека возрастом под пятьдесят. Он нервно жестикулирует, беспорядочно двигаясь по какому-то кабинету, говорит на повышенных тонах:

– Не понимаю, чего вы от меня хотите! Эту землю я сдаю в аренду уже лет пятнадцать! Что здесь плохого? Моя земля!

Камера показывает его с разных ракурсов, то ближе, то дальше.

Человек очень испуган и повторяет практически одно и то же. Я вижу его впервые.

Вопросительно смотрю на Карамзина.

– Не узнаёте? – без особой надежды спрашивает он.

– Нет.

– Голос? Фигура? Жесты?

Качаю головой.

– Нет. А должен узнать?

– На самом деле нет, – говорит Карамзин.

 – Но я должен был убедиться.

Он смотрит на князя, тот одобрительно кивает, и Карамзин объясняет мне:

– Это владелец территории, на которой находится пресловутый бункер. Или, как вы с Николаем Михайловичем изволите называть, лаборатория, – несколько язвительно говорит он. – Насколько я понимаю, его вы там не видели. Ну, я и не рассчитывал…

Наконец следователь прощается, а меня князь просит задержаться. И спрашивает, когда мы остаёмся вдвоём:

– Обедать будешь?

– Благодарю, я не голоден.

На самом деле пожрать можно, но лучше я куплю во «Вкусноточке» пару сэндвичей и свалю с Крайтом за город.

В стерильности Львовых кусок в горло не полезет – хватило и прошлого раза.

– Тогда держи. – Князь открывает ящик стола, достаёт прозрачный файлик и протягивает мне. – Ты же приехал за этим?

В файлике – пропуск на посещение поместья Каменских, и я внимательно его читаю. Дочитав, хмыкаю и возвращаю князю.

– Мне это не подходит.

– Что именно? Разве не это было условием нашего договора? – натурально удивляется Львов.