— Можете убедиться…"

"Подозрительно поглядывая на развязного штатского, Кутенко включил свой компьютер и вызвал карту с министерского сервера. Хватило одного взгляда, чтобы сердце принялось колотиться в ритме знаменитого марша «Богдан Хмельницкий»: вместо точнейшей карты на экране развернулась любопытная подборка порнографических снимков.

Насладившись растерянностью генерала, Артефакт позвонил по сотовому и, посмеиваясь, приказал какому-то Робби вернуть карту Когда вместо голых фотомоделей снова появились контуры континентов, Кутенко раздраженно поинтересовался, что означает эта выходка.

Литвин, не смущаясь, ответил:

— Вражеская армия компьютеризована под завязку. Подготовленный отряд хакеров может нарушить работу этих компьютеров, и противник лишится управления. Это по минимуму. А по максимуму мы постараемся сбивать с курса ракеты и наводить их на ложные цели.

Мысль была неожиданной, да и сам вид Литвина-Артефакта не вызывал большого доверия. Генерал тихонько спросил Посмитного, насколько реально то, о чем говорит хакер. Криво усмехнувшись, начальник РТВ ответил: дескать, если он говорит — стало быть, так и есть.

Кутенко задумался, подозрительно разглядывая посетителя. Если Артефакт не врал, то немалую часть проблем можно было считать благополучно решенными. Словно появился волшебник, предложивший то самое чудо-оружие, которого так не хватает накануне схватки против самой мощной военной машины, когда-либо создававшейся человекообразными существами.

Начальник оперативного управления недоверчиво задавал вопросы, и спокойные ответы Артефакта укрепляли забрезжившую надежду. Генерал твердо решил, что хакеров необходимо использовать обязательно.

Даже если он не сможет перехватить управление «Томагавками», а только нарушит систему управления войсками противника — все равно неплохо.

***

Москва. Аэропорт «Шереметьево-3».

Пройдя таможенный контроль, Яна увидела среди встречающих полузабытое лицо, отчего рассвирепела и успокоилась одновременно. Теперь она почти не сомневалась, что Шенберг был прав: бывший возлюбленный уговорил Макса спровоцировать ее приезд в Москву. Уговорил или заставил? Снова разыгралось воображение, вспоминались голливудские кадры об ужасах, творящихся в подвалах Лубянки.

Из турникета она вышла вся на нервах. Схватив Богдана за локоть, оттащила подальше от ненужных свидетелей, чтобы устроить взбучку. В закутке между газетным и сувенирным киосками свирепо прошипела:

— Где ребенок, что вы с ним сделали?

— Твой брательник дико боится, что вломишь ему за нашу невинную шутку, — примирительным тоном поведал Богдан. — Говорит, примчится разгневанная фурия, оторвет нам с тобой — в смысле, мне с ним…

Яна не была настроена шутить.