Массированные же наземные атаки вязли в многокилометровых минных полях, искусственных буреломах и захлебывались в огне дальнобойных орудий на ЖМВ и гиперскорострельных рельсовых пулеметов, установленных в бронированных выдвижных капонирах. Оказалось, русские строили в приграничье не только новые города.

К середине второй недели общие потери наступающих частей перевалили за полтора миллиона только убитыми. А среди раненых число тех, кто после лечения мог бы вновь встать в строй, оказалось ничтожно малым. Рельсовые пулеметы не мелочились с одним-двумя пулевыми отверстиями, а просто отрезали попавшую под очередь часть тела будто пилой. В секторах обстрела пулеметных капониров за эти дни не только выкосило лес, но и кое-где сровняло с землей все заметные выпуклости и искрошило в щебенку скалы, оказавшиеся на пути стальных пуль. И это на фоне того, что потери союзнических войск в Европе составляли всего около сотни человек, причем к гибели трети из них русские не имели никакого отношения. В конце концов командование армии вторжения решилось на отчаянный шаг — нанести удар по русским через Монголию и Киргизию. Обойти эти чертовы укрепрайоны и, выйдя к Уральскому хребту, ударить по расходящимся направлениям — вдоль Уральских гор, на север и в тыл обороняющейся русской армии, насадив, так сказать, Империю на пару китайских палочек для еды."

"В принципе это был безумный план. Он мог родиться только в безумной голове, планирующей «Великий поход» по школьным контурным картам, поскольку имеющиеся коммуникации никак не позволяли за сколь-нибудь реальные сроки перебросить к границам Монголии мало-мальски серьезные силы, а марш своим ходом через страшную пустыню Гоби привел бы к тому, что войска подошли бы к границам Империи без всякой техники. Тяжелые, одетые в броню и обремененные смертоносным оружием боевые машины не слишком приспособлены для дальних маршей. Это не выносливые трудяги дальних перегонов, а скорее яркие звезды рампы, умеющие, подобно балетным «примам», блеснуть всеми своими талантами во время короткого «спектакля» — боя, но взамен требующие толп поклонников-ремонтников и лимузина-танковоза к подъезду. И в этом нет ничего необычного, никакой ошибки. Срок жизни танка в условиях современного боя всего пять коротких дней, и закладывать в его конструкцию слишком большой ресурс значит попусту тратить деньги.

Но командование армии вторжения готово было пойти и на эти жертвы, рассчитывая, что исчерпавшие свой ресурс танки и бронетехника будут выбиты уже на северных границах Монголии, куда, как они знали, русские тоже перебросили некий ограниченный контингент, вполне достаточный для отражения возможной атаки.