— Туфли!

Кафе «Рим», Сергей Строганов

Всю жизнь Сергей Строганов гордился тем, что умеет держать лицо. В каких бы ситуациях он ни оказывался, он всегда был холоден, рассудителен, адекватен.

Но эта девушка…

Эта девушка, которую он видел всего лишь второй раз в жизни, отправляла ко всем чертям его хваленую выдержку. На самом деле Строгановым было бы безразлично, согласится Корсаков продать свою дочь замуж или нет. Они просто искали магически одаренную девушку, чтобы повысить шанс появления магии в роду. Для таких целей подошла бы любая девица из небогатого рода с хорошим воспитанием, чтобы брак уж совсем не был мезальянсом.

И отцу юноши было все равно, по какому реальному или надуманному поводу брак его сына с Корсаковой не сложился. Да, девчонка талантливая и щедро одарена магией, но у нее был характер. А кому нужен инкубатор с характером?

Так что на самом деле Строганов-старший оставил этот вопрос на откуп сыну, приказав решить проблему с невестой до конца года.

А сын самым позорным образом сломался на девчонке, что так запала в душу и посмела ему отказать.

Юноша горел от гнева и ревности и страстного желания заполучить Корсакову.

И не смог придумать ничего лучше банальной мести. А потому он достал из кармана телефон и набрал одного из своих сотрудников. Точнее, сотрудников отца, но кого интересуют такие мелочи.

— У меня для тебя поручение, — без приветствия произнес Строганов-младший. — Пропылесось рынок по ИТ-специальностям. Я хочу создать максимальный дефицит компетентных кадров…"

"Собеседник в трубке заверещал, видимо, призывая Сергея обрести здравый смысл.

— Да мне все равно, из каких проектов они будут оплачиваться, — заявил Строганов.

 — Я хочу, чтобы они все были у нас под рукой.

Были под рукой и максимально быстро копировали все то, о чем еще даже не успевают подумать Корсаковы.

У Строгановых море денег и океан ресурсов. А на рынке кто прав? Кто первый выпустил продукт. А кто над ним первым начал работать — вообще никого не волнует.

Даже если этот продукт разрабатывается в самом пафосном деловом центре столицы.

Кремль, Дмитрий Алексеевич Романов

— Ваше Величество, а у меня идейка! — заявил Иван, заходя в кабинет императора без стука и доклада.

Как обычно, рабочий стол государя терялся под докладами, отчетами и прошениями. Долг абсолютного монарха — это ежедневный адский труд, и без этих привычных для цесаревича атрибутов представить отца в этом помещении было попросту невозможно.

Дмитрий Романов поднял глаза от бумаг и мрачно посмотрел на наследника престола:

— Когда в прошлый раз ты заходил с «идейкой», мне пришлось раскошелиться на новогодний бал для малолеток, — не слишком довольным тоном произнес император.