А когда начинается, с позволения сказать, внешняя война, с неяпонцами, некоторые их генералы не от большого ума начинают выпускать на волю кровавых демонов, снимая со своих солдат вековые запреты. Поэтому в таких случаях бить по рукам требуется японское начальство, объясняя, что всегда и везде правила должны быть одними и теми же, и что за любое злодеяние последует жесточайшая расправа. Альтернатива всему этому, если смотреть правде в глаза – это тотальное истребление всего населения японских островов; и чем мы после этого будем лучше тех же японцев или американцев, почти под корень вырезавших своих индейцев?

– И вы, Александр Владимирович, считаете, что это возможно – истребить население целой страны? – с каким-то извращенным интересом спросил Великий князь Александр Михайлович.

– С технической точки зрения вполне возможно, – хладнокровно ответил Новиков, – высадите в Японии миллион солдат с приказом жечь все, что горит и стрелять во все, что шевелится – и через десять лет японцы останутся только в учебниках истории. Пулеметы в этом смысле творят просто чудеса. С моральной точки зрения, для русского человека, в том числе и для меня, это ни в коем случае невозможно, поэтому давайте сразу же прекратим обсуждение этого вопроса. Стратегия, которую предложил Павел Павлович, кажется мне единственно возможной, потому что идти промежуточным путем и оккупировать Японию, чтобы превратить японцев в русских, мне кажется занятием настолько дурацким, что над нами даже рыбы смеяться будут.

Великий князь Александр Михайлович после этих слов скептически хмыкнул.

– И в то же время вы Александр Владимирович, – сказал он, – являетесь горячим сторонником включения в состав Российской империи Корейского полуострова, население которого по своей сути мало отличается от японцев. Нет ли в этом какого-либо неразрешимого противоречия?

– Вы, Александр Михайлович, – ответил Новиков, – просто еще не видали русских корейцев, крещеных в православие и обрусевших до глубины кости. Единственное, что их выдает – это узкие глаза и запредельная любовь к острым блюдам, множество из которых вы уже имели честь вкушать, пока гостили у нас на «Принцессе Солнца». Японцы и китайцы не такие, и заставить их трансформироваться просто невозможно. А посему интеграции Кореи – да, а Японии и Китая – нет. Пусть живут с нами дружно, но все-таки отдельно.

– Господа, – первые за все это время подала голос Ольга, – я должна вам всем сказать, что всемерно поддерживаю то, о чем сейчас говорили Павел Павлович и мой Александр Владимирович. А значит, если вы все еще хотите сделать меня правящей императрицей, все будет посему.