В общей сложности Лидия прожила то ли семь, то ли восемь лет, последние три года были особенно тяжелыми. Обычно люди в подобном состоянии и двенадцати месяцев не продержатся, но за Лидией Петровной идеально ухаживали. Раиса всегда была недовольна Валентиной, а на самом деле невестка у нее золотая, уколы, кстати, лучше многих медсестер научилась делать. Ничего не понимаю… Не было у Галкиной онкологии. Не было, и все. Обычная липома, жировик, чепуха. Удалили и забыли!

Телефон Милова снова запищал.

– Это еще что? – изумленно пробормотал владелец медцентра.

– Получили сообщение о гибели Елены Зай-чевской? – предположил Вовка. – Вам написали, что в бывшем роддоме обрушилось ограждение лестницы и погибла женщина?

– Несчастный случай, рухнула балюстрада… – держа телефон перед глазами, произнес Валерий Борисович. – Слушайте, что вообще происходит? Я так понимаю, вы и про этот случай знаете, да?

– Пусть Лампа расскажет, – решил Костин, – она все видела.

Мне пришлось озвучить историю.

– Записка, прикрепленная к платку? – переспросил Милов, когда я замолчала. – Что за бред? Да, я хочу отреставрировать здание роддома, оно уникально. Там замечательная роспись потолков, резные деревянные панели…

– Почему же дом так долго стоял без ремонта? – удивилась я.

– Глупая история, – поморщился врач. – Понимаете, когда я приобрел руины больницы и прилегающую к ним территорию, этот дом уже был куплен человеком, который планировал переделать его под свой особняк.

– Странное желание жить, любуясь на развалины медицинского учреждения, – удивился Костин.

Милов махнул рукой.

– Меня его мотивация не волновала. Я построил забор и затеял стройку. А тот мужик больше не появлялся, так и стояло здание до ноября прошлого года. Затем мне позвонил риелтор и предложил приобрести недвижимость. Хозяин бывшего роддома решил наконец его продать, так и не начав никакие работы, я показался ему потенциальным покупателем. Небось полиция приезжала на несчастный случай?

– Да, – подтвердила я.

– Поняев Станислав Игоревич? – усмехнулся Валерий Борисович.

Я прищурилась.

– Знаете его?

Милов спрятал телефон.

– Несколько лет назад прежний начальник местной полиции ушел на пенсию, вместо него в кресло сел Николай Фоменко. Вскоре после назначения новый шеф приехал сюда и без обиняков заявил: «Вы лечите бесплатно всю мою семью – жену, тещу, зятя, дочь, ну и меня. Мы посещаем массажный кабинет, бассейн, СПА, когда захотим. А я за это прикрою вас от любой неприятности». Предложи он это в начале девяностых, мы бы договорились, но сейчас мне крыша не нужна. О чем я ему и сказал. С тех пор, если мы обращаемся к местным представителям закона, сюда приезжает Поняев. Он долдон, идиот, лентяй и редкостный зануда.