По приезду в Эмираты, особенно в первые дни, боялась заскучать и затосковать от одиночества. Реальность оказалась иной.

Мои родные, как мне кажется преднамеренно, организовали для меня ежемесячное дежурство.

За время моего пребывания в стране не было ни одного месяца, чтобы мои родственники оставили меня без своего присутствия.

Все братья, кто с жёнами, кто с детьми, побывали у меня в гостях. На новогодние каникулы вместе с мамкой и папкой у меня собралась практически вся наша семья.

Благо, что братья со своими жёнами были всего семь дней. Родители гостили почти месяц. Именно на новогодних праздниках и состоялось знакомство моей родни с Филиппом, о котором затем, как я понимаю, с демонстрацией фотографий Иван и растрепал Олегу.

Хотя, в принципе, это мог сделать любой из моих братьев, у которых есть железная отговорка под названием ""лучшие побуждения"".

Вероятно именно из таких ""лучших побуждений"" за два дня до нашей поездки с Филом на Фуджейру ко мне в гости приехала Анна, жена моего брата Игоря, и их второй сын Юрий.

Пришлось мне брать моих дорогих гостей с собой. Не могу сказать, что мне это было в напряг.

Прекрасное путешествие на Фуджейру сноха Анна и племяш мой Юрка не только нам не испортили, а наоборот даже спасли.

Порадовал меня и Фил своим адекватным восприятием и положительными реакциями на увеличение состава путешественников."

"В отеле на Фуджейре нам пришлось дозаказать ещё один двухместный номер, в котором поселились я и Анюта. И этот факт меня несказанно обрадовал, потому что на самом деле была совершенно не готова остаться тет-а-тет с Филиппом.

Единственное, на что я все же решилась, это поцелуй с Филом. Да, в один из вечеров гуляя с мужчиной вдвоём, позволяю ему себя поцеловать.

Делаю это преднамеренно, потому что мне очень нужен свой личный опыт, ведь до Олега я никому не позволяла себя целовать.

Не могу сказать, что Фил делал что-то не то или как-то не так, но моя реакция на его поцелуй для меня стала полной неожиданностью.

Во время поцелуя с ним, во мне не возникло никакого волнения. В моем животе не порхали бабочки, грудь не напряглась, мурашками кожа не покрылась, в голове звона колокольчиков не появилось. Да и в душе совсем ничего не дрогнуло.

И самое ужасное, что после того, как мужчина прервал наш поцелуй, мне захотелось вытереть губы и сполоснуть рот. Только усилием воли сдержала невольный жест своей руки.

Стараясь не огорчать Фила, позволила ему меня ещё немного пообнимать и погладить по спине. Ни одно его ласковое слово, которое он шептал мне на ушко, не упало зерном радости в мою душу, и в ней ничего не затрепетало.

Не знаю, что ощущал Филипп, но я, к сожалению, полное разочарование. Причем это чувство у меня было только в отношении себя.