Прямо посреди улицы стоял броневик, в который меня и затолкали. Справа и слева село по массивному спецназовцу, которые вообще не реагировали на мой голос. Я не расстраивался, спокойно зачитав им список моих нарушенных при задержании прав, который Андрей диктовал мне через оставшийся наушник. Он же связался с нанятой мной немецкой юридической фирмой, которая обещала прислать ко мне адвоката следующим же днём.

— Не беспокойся, я со всем разберусь! — успел крикнуть он, прежде чем меня вывели из машины и передали в участок. Спецназовцы уехали, а мной занялись обычные полицейские.

Я оказался в небольшой прокуренной комнате, справа решётка с окном, где хранились улики, спереди и сзади бронированные двери. У меня забрали все вещи, даже браслет сняли и вытащили наушник, добавив его к привезённой из клуба куртке и планшету.

Дальше меня провели через несколько закрытых решётками помещений, каждое из которых открывалось и запиралось по внешней команде, и оставили в большой общей душевой с открытыми кабинками. Ремонт здесь не делали ещё со времен прошлого императора и не будь у меня защиты Легиона, я бы точно подцепил здесь грибок или чего похуже.

— Сам справишься или помочь? — издевательски спросил один из конвоиров.

Выбрал сам, получив в награду снятые наручники. Горячей воды не было, как и мыла, потому я быстро разделся и просто постоял под ледяными струями, пока не получил приказ выходить.

Вместо нормальной одежды меня заставили переодеться в уродливый оранжевый костюм. Он был из очень тонкой и дешёвой ткани, электризующейся от малейшего касания. Отопление работало в первом помещении, и потому я начал дрожать. Вроде как это должно было меня сломать, но я сохранял спокойствие, и не через такое проходил.

— Привыкай, — усмехнулся конвоир, толкая меня дубиной в спину. — Ты здесь надолго."

"— Это же вроде изолятор временного содержания? — спросил я исключительно для проформы.

— Некоторые остаются здесь на годы. Ничего, им даже нравится.

Мы прошли ещё через несколько тёмных комнат и оказались в отдельном блоке. В сером коридоре с грубо покрашенными стенами и потрескавшейся коричневой плиткой справа и слева виднелись многочисленные бронированные двери с окошками для еды. Меня отвели к той, что была в самом конце, и приказали зайти в одиночную камеру.

— Где мой адвокат? — спокойно спросил я.

— Располагайся поудобнее, — заржал в ответ довольный собой мужчина, со скрежетом запирая древний замок. — Следователь придёт утром, с ним и поговоришь про адвоката!

Обстановка была весьма аскетичной — прикреплённая цепями к стене деревянная доска вместо кровати, такой же стол, колченогий табурет и дыра в побитом кафеле. А ещё скрытая камера в тёмном углу, которую я заметил по крохотной алой точке.