— Не уж то, Костю нашего кто-то приворожил накануне юбилея?

— Никто меня не привораживал! — со злостью взглянул на сестру Константин. — Да и какой это юбилей — тридцать три года?

— Оказалось, что это не приворот. Узел какой-то кармический, — тут же пояснила всезнающая Ника и потерла ледяные ладони от нетерпения. — Давай, лей, Паша, а то я никак согреться не могу.

— Влюбился, что ли? — пьяно улыбнулся Игорь. — Так это брат, дело поправимое. Узлы всякие по старинке рубить будем. Щас мы тебе сауну, девочек, закажем. Двух или трех, чтобы все умели делать — и массаж, и минет.

— Вот у тебя совета забыл спросить… — скрестив руки на груди, прорычал Константин. Он уже был не рад, что доверился Нике. Доверься ей — и вся семья теперь в курсе, что с тобой что-то не так.

Передернул плечами и пошел к своему столу, где разрывался от сообщений телефон.

…К ночи ударил мороз. Набережная уснула, только тусклые фонари намекали на то, что это место когда-то было центром развлечений.

Скрепит под ногами иней, а у Константина перед глазами дождь, туман, непроглядная тьма и Анна.

«Забудь, Костя.

«Забудь меня, забудь…»

И пожухлая листва уже не кружит, примерзла к тротуарной плитке.

А у нее теплых вещей нет. И сапог зимних нет, он же видел, в чем она ходит. И работы нет, и муж мудак редкостный, и суд за дочку.

«Ты ведь к этому не готов. Не готов видеть каждое утро не только меня, но и Еву, правда же?»

Пнул с силой бордюр, хлопнул со злостью подъездной дверью.

Одиночество. Оно невыносимо давило на виски.

Достал свой телефон, просмотрел список назначенных на завтрашний день встреч. Набрал Жанну.

— Отмени все на среду.

— Как же, Константин Владимирович?

— Я в Краснодар поеду. Дела у меня там. Перенеси все на понедельник.

— А банкет? В четверг ведь у вас день рождения?

— А банкет пока не переноси. Закажи ресторан, пусть Ника тебе поможет. Она лучше меня знает, кого надо пригласить.

— Хорошо, Константин Владимирович. До встречи в четверг.

— До встречи.

Положил телефон на барную стойку и подошел к окну. Огни в окнах мнгоэтажек мерцали, завораживали, а на стекле проступил выложенный инеем тонкий узор. Всегда к его дню рождения за окном заморозки. Пусть еще едва ощутимые, и на утро солнце растопит лед, но все равно они есть.

Поехать бы в субботу на дачу, за город. Там сейчас красотища. Листья с деревьев в саду опали, все дорожки усыпали. Качели одиноко стоят — ждут, не дождутся, когда на них кто-то заберется покачаться. Ели голубые, еще отцом посаженные, у каменного забора стоят во всей красе на фоне золота. Просторный холл, гостиная с камином, спальня с отделанными деревом стенами и потолком…

Анну с собой взять. Ей там точно понравится, женщины любят такие места.