Оставайтесь у нас на ночь.

— Нет, я в гостинице переночую. Завтра к восьми приеду.

— Ну, давайте же все за стол. Пока пельмешки горячие, — спохватывается Майя. — И по стопочке еще выпьем. Мы не весь напиток выпили, вам оставили.

— Конечно, конечно, только переоденемся и руки вымоем, — улыбается маме Костя.

Еще никогда я не пробовала таких вкусных домашних пельменей со сметаной. И остатки виски, несмотря на то, что их вряд ли подают к пельменям, зашли на «ура». Теплая у нас подобралась компания — дядя Жора с Майей все время смеялись. Она подшучивала над Костей. Хвалила Еву. И мне до слез не хотелось, чтобы ужин заканчивался. Не хотелось, чтобы они уходили — Майя и бравый крутой парень из девяностых дядя Жора. Слишком хорошо было в их компании. Уютно и безопасно.

После ужина они ушли вместе — дядя Жора и Майя.

— Знаешь, Костя, у нас есть два чудесных ангела-хранителя, — заулыбалась я.

— Это точно, — согласился он. — Только вот что с Тамагочиком в шапке Санты делать?

— Да пусть спит уже. Куда его на ночь глядя гнать.

Переглядываемся. В глазах вспыхивает огонь — мой, зеленый, и его, пепельно-серый. Костя прижимает меня к стене в прихожей. Заводит руки над головой, обжигает шею колючими поцелуями. Впивается в губы, дерзко разводит их языком, скользит по зубам, вторгается глубже.

Я издаю тихий стон, плавлюсь от тяжести его крепкого тела. Наши языки сплетаются в страстном танце. Мои губы горят от его жесткой щетины, но это приятное жжение.

— Успеем? — шепчет Костя. Не дожидаясь ответа, заталкивает меня в ванную комнату, плотно прикрывает дверь. Нащупывает презерватив в ящичке, прижимает к стене лицом и задирает подол домашнего платья до самых подмышек, обнажая спину.

Судорожный выдох, и мои трусики соскальзывают к ступням. Костя прижимается к моей обнаженной спине всем телом. Губы приникают к ложбинке у основания шеи. Рука нащупывает грудь в ажурном бюстгальтере и медленно сжимает острый сосок. Вторая бесстыдно скользит по ягодицам.

Его пальцы на коже вызывают тепло во всем теле. В животе появляется приятная тяжесть. По коже бегут мурашки. Я выгибаюсь ему навстречу. Он едва слышно приспускает спортивные брюки, обхватывает руками мои обнаженные бедра и резко, без предупреждения вторгается в меня. Там тесно. Я вскрикиваю, подаюсь ему навстречу. Он сжимает мои бедра сильнее и погружается в меня полностью, без остатка.

— Еще. Я хочу сильнее… Я хочу чувствовать тебя внутри… — мое дыхание сбивается.

Костя издает хриплый стон. Начинает двигаться рывками, удерживая мои бедра и насаживая на себя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Колени подгибаются от напряжения.