— Если что, он не женат.

— Аня! Это уже не смешно!

— А я и не смеюсь.

— У тебя в глазах твоих зеленых смешинки! Я уже научился их различать, Аннушка.

— Я напишу дяде, чтобы надел пиджак.

— Аня!

Не могу сдержать улыбку. Не знаю, что на меня нашло. Наверное, слишком переполошилась из-за предстоящего знакомства с Костиной мамой.

— У него семьи нет, детей тоже. Есть только я, единственная крестница."

"— И он играет в плохого полицейского из американских боевиков девяностых, ясно. Только крепкий орешек уже давно на пенсии, а твой крестный никак не повзрослеет.

— Есть такое дело.

Заливаю в сковороду смесь для омлета и продолжаю про себя улыбаться.

Кажется, вечер будет интересным.

— Я предупрежу маму, что приедет твой крутой родственник, — хмурится Костя.

Поход в «Тихий Дон» завершается успешно — у нас снова полная тележка продуктов, и я с ужасом отвожу взгляд от длиннющего чека на кассе.

Меню пришлось сменить на элегантное — мы решили запечь красную рыбу, и к ней нам даже вручили какое-то особое белое вино. Торт на десерт выбирала Ева, и конечно, он едва вместился в тележку. Почему-то у моей дочери сформировался странный стереотип — чем больше размер торта, тем больше счастья. Я пыталась спорить, но Костя и Ева, будто сговорились. Ему тоже казалось, что большой бисквитный торт с подсолнухами смотрится круче, чем элегантный маленький, созданный из творога, йогуртового крема и украшенный свежими ягодами.

Потом, уже дома, мы вместе готовили рыбу. Я волновалась, и от моего напряжения искрила вся кухня.

— Я сам упакую рыбу в фольгу, — подкатив глаза к потолку, засучил рукава Костя. — Иначе ты спалишь нам квартиру.

— Мамочка, а когда можно будет торт есть? — прыгала по кухне Ева.

— Ужасно безвкусный торт с подсолнухами можно будет есть, когда придут гости.

— А давай мы им оставим два кусочка. Дядя Жора все равно на диете, бабушка говорила.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет! Суп ешь. Торт разрежем после ужина.

Я злилась. Костя, перемазанный по локоть майонезом и специями, отрывисто хохотал. От души. Видимо, представлял, как необъятному дяде Жоре выкатят малюсенький кусочек торта на десерт, потому что он на диете.

Ближе к вечеру мы нарядили Еву в красивое платье.

Я едва успела снять с вешалки свободную тунику нежного мятного цвета, следом юбку, как раздался звонок в сотовом. Прибыл крестный.

— Какая ты сегодня элегантная, Аннушка, — хохотнул он. — Настоящая леди!

Всунул мне коробку с пирожными, которые купил в кондитерской, и тут же впихнул в холл два больших чемодана с вещами.

Вышел Костя, и они с крестным пожали друг другу руки.