Только попав в объятия Димы, я призадумалась: «А что же с моим мозгом? Он все еще с Олей или ему уже пора включаться?»

Я заснула еще в машине, а когда проснулась, утреннее солнце слепило глаза. Пощупала рядом с собой кровать и осознала, что спала одна. Да еще и в гостевой комнате. Почему Дима не забрал меня к себе?

Все было знакомым: белая комната, огромная кровать, панорамное окно с прекрасным видом. На кресле лежала моя белоснежная шубка. Я все же не должна ее принимать.

Хорошенько потянувшись, побрела к шкафу и обнаружила в нем одежду, которую купил для меня Рогозин в прошлый раз.

Она провисела здесь почти месяц. Новая, еще с этикетками. Мысль, что Дима не приводил подруг сюда, оказалась очень приятной. Но затем подкралась другая: «А может быть, они спали в его постели?»"

"Натянув юбку с майкой, я побрела в ванну, чтобы умыться и принять душ. А после отправилась на поиски хозяина дома. Дима обнаружился на кухне. Сидя за столом, он подпирал руками лицо и выглядел чем -то озадаченным.

- Жалеешь? - спросила я раньше, чем успела подумать. Он не услышал моих шагов, потому слегка вздрогнул. Его тело выглядело напряженным, когда он опустил руки и выпрямил спину.

- Я приготовил тебе завтрак, - пробормотал он и указал на тарелку с омлетом рядом с собой. Все так, как я любила

- с помидорами и сыром.

Я несмело подошла, села рядом, продолжая следить за ним краем глаза.

- А ты? - спустя мгновение спросил он.

Этот странный разговор мне прежде всего не нравился тем, что Рогозин не отрицал о сожалении. А еще тем, что смысла в нем не было.

- Я никогда ни о чем не жалею, - холодно бросила я. - Так поступают взрослые люди, верно? - Послала мужчине многозначительный взгляд.

- Отвечают за свои поступки.

Дима перехватил мою руку, которой я держала вилку, а затем выдернул меня со стула и усадил на себя верхом. Его губы оказались в миллиметре от моих.

- Я посмотрю, как ты заговоришь, когда втянешься, - с явной угрозой произнес он.

- Во что втянусь?

- В меня, - прошептал он и с какой-то дикостью набросился на мой рот. Мы целовались, как оголодавшие. Даже если он и чуточку жалел, что воспользовался моим безотказным состоянием, то это было в прошлом. Сейчас Дима действовал более чем решительно.

Он усадил меня на столешницу, и мои груди оказались напротив его лица.

- Погоди. - Я пыталась его остановить, хотя руки мои тянулись к его лицу, шее, плечам. - Где Сеня.

- Никого нет.

Дима встал и спустил с себя шорты. Увидев его при свете дня, я охнула. Но явно не от ужаса. Меня не ждали какие -либо прелюдии. Он был готов для меня прямо сейчас, и не собирался медлить ни секунды. Осознание этого заставило меня гореть от желания. Впрочем, я и с одного поцелуя пребывала в нужной кондиции.