- Так если Костяк меня выслеживал, то и аварию подстроил. А значит, и деньги не имел права требовать.

- Не имел, конечно, - согласился Рогозин. - Но кто бы ему это растолковал? Хм? - Он задумчиво потер подборок.

- Кто бы это мог быть?

И оскар за лучшую роль.

- Ладно, я поняла! - с тяжким вздохом призналась я. - Но вы все так и не сказали, что именно.

- Ди-и-има! А! Рогозин!

Я поморщилась от пронзительного писка, раздавшегося над моей головой, а брови Дмитрия Сергеевича поползли вверх.

- Надя? - удивленно, я бы даже сказала, пораженно произнес он.

Эта самая Надя обошла столик с вывернутой в мою сторону головой. Ее не столь интересовал знакомый, сколь спутница. То есть, я. И даже как-то обидно стало, что едва увидев мое лицо, она насмешливо фыркнула и обернулась непосредственно к мужчине.

- А я думала, обозналась! - щебетала она, целуя его в обе щеки. Для такого события Рогозин даже встал.

Дамочке было лет тридцать. Хотя не исключено, что ее старил обильный слой штукатурки на лице, накаченные губы, нарисованные брови и ресницы длиной до этих самых бровей. Она была блондинкой, и выглядела как кукла Барби. Имелся и приличной величины бюст. Я и сама была обладательницей нечто подобного. Вот только у нее все выглядело так ладно и роскошно. и практически находилось у носа Рогозина. Сама она была очень высокой, да еще и на каблуках.

«Модель» - пронеслась логичная мысль. И сразу за ней новая: «Шлюха!»

- Ты очень изменилась, - произнес Дима. Вообще, мужчина себя проявил очень хорошо. У меня даже почему -то возникло чувство гордости за него. Несмотря на откровенно-вульгарное платье дамочки, а также агрессивные движения ее бюста, Дима смотрел исключительно ей в глаза. И мне даже показалось, что во взгляде его промелькнула грусть."

"Надя, кем бы она ни была, без остановки тараторила о том, что только что прилетела из Милана, а завтра улетает в Токио, и здесь она вообще пролетом. Когда я уже подумала, что обо мне попросту забыли, барышня охнула и положила свою наманикюренную ручку Диме на плечо.

- Прости! Я помешала! - сказала Надя и посмотрела на меня, как на блоху.

Любой бы на его месте хотя бы из чистой вежливости сказал: «Нет, что ты. Это Юля. Моя знакомая. Не хочешь к нам присоединиться и рассказать, как там в Милане?»

По крайней мере, я бы так сказала своему знакомому. Но дядя Дима отличался от большинства.

- Да, - отрезал он. Точно таким же тоном, как и мне чуть ранее «Должна». - Я сейчас занят.

Улыбка сползла с лица блондинки, а на моем так и норовила появиться. Злая я.

- Ты свободна вечером? Можем встретиться, - тут же добавил Рогозин, и блондинка зачем-то послала мне победный взгляд.

- Я тоже занята, - произнесла она, наверное, своим самым обольстительным тоном. - Но для тебя, Дима, время найду.