Одновременно с этим я вдруг поняла, почему Герд постоянно говорил о моем сводящем с ума запахе и не назвал точный срок нашего договора. — Он что, не собирается меня отпускать? — пробормотала я, в бешенстве сжимая и разжимая кулаки. Перед глазами все поплыло.

— Отпускать? — Сати даже поперхнулась. — Пару не отпускают, Лина, о чем ты. Это все равно, что отрезать себе руку или вырвать сердце.

— Лжец! — выкрикнула я, быстро вскакивая и стремительно вылетая из комнаты.

Дверь с такой силой ударилась от стену, что лишь чудом осталась в петлях.

— Лина, куда ты? Вернись! — неслось вдогонку, но я была слишком взбешена, чтобы послушать.

Спрашивая у встречающихся мне слуг, не видели ли они альфу, я выяснила, что он сейчас в саду со своей матерью. Выскочив из замка, я пронеслась по одной из утоптанных дорожек, ведущих в сад. Увидев стоявших напротив друг друга Герда и Латису, стремительно подошла к ним.

Мать Герда недовольно поджала губы, заметив меня.

— Лина? — нахмурился Герд, обернувшись.

— Это правда?! — почти выкрикнула я, глядя в его лживые черно-золотые глаза, которые мне хотелось выцарапать.

— Что именно? — Он сложил руки на широкой груди, посматривая на меня сверху вниз.

— Что я твоя пара, и ты с самого начала не собирался меня никуда отпускать? — Я замерла, болезненно ожидая его ответа.

— Да.

Герд

Смотрит на меня огромными голубыми глазами, а в них плещется праведный гнев. И не сказать бы, что я чувствовал себя виноватым, но все же ярость Лины плавно передавалась по воздуху, и я невольно вдыхал ее полной грудью.

— Герд, мы не договорили. Не мог бы ты отослать свою… гостью, — невпопад брякнула мать, но ей одного моего взгляда хватило, чтобы обиженно поджать губы и прищуриться.

— Мы все обсудили. Разговор закончен, твоя волчица останется под замко́м.

— Ты не можешь так со мной поступить!

— Уходи, — прорычал ей в ответ, не отрываясь глядя на Лину.

Ее плечи дрожали от злости, в глазах стояла влажная пелена слез, но девочка мужественно молчала, сжимая побелевшие кулаки.

— Да как ты можешь!

— Мама!!!"

"Женщина вздрогнула и, фыркнув, развернулась, чтобы уйти, на прощание обдав Лину стойкой волной пренебрежения.

— Лина…

— Оставь! — Дернулась от моей руки как от проказы и отступила. — Как?! Как ты мог мне так нагло врать?

— Я не врал, я просто не сказал всю правду.

— И как долго бы это еще продолжалось? Как долго ты бы водил меня за нос, лжец?

— Пока бы ты сама не захотела остаться.

Не ожидала прямого ответа, и теперь стояла передо мной, гневно приоткрывая рот и тут же его закрывая, будто выброшенная на берег рыбка. Я примерно представлял, какими проклятиями она посыпала мой лохматый хвост, но на душе стало спокойнее.