— Господа, господа! Произошло недоразумение! Эта рабыня не больна, сегодня с утра она была здорова, как молодая кобылка! Всего лишь недоразумение, которое можно объяснить!

Пока Коддар пытался оправдаться перед толпой разгневанных покупателей, желающих вернуть свои деньги, я пятилась к занавесу, в общей суматохе стараясь скрыться. Однако не преуспела.

— Куда это ты собралась? — Сгреб меня Бойд, я забилась в его руках.

— Отпусти меня!

— Тише, тише, я помогу тебе выбраться, — жарко прошептал он мне на ухо, увлекая дальше от помоста. Накинув мне на голову капюшон, он легко скользил в толпе, рассекая ее, будто горячий нож масло. Вскоре и крики покупателей, и сам рынок остались позади. Бойд тащил меня куда-то в переплетение улиц. И чем дальше мы уходили, тем меньше встречалось народу.

— Стой! Куда ты меня ведешь? — предприняла я попытку вырваться из его захвата.

— Домой, — бросил он коротко.

Беспомощно забившись в лапах оборотня, я поняла, что попала в еще большую западню.

Герд

— Ты меня с ума сводишь, женщина, — скрипнул зубами, чувствуя, как бешенство подступает к горлу.

— Не смей так разговаривать с матерью, Герд. Ты должен выполнять свои обязательства перед стаей.

— Я и выполняю! Это ты не можешь уследить за собственной дочерью, позволяя ей вести себя как грязной дешевке!

— Герд! Не говори так о собственной сестре! — женщина, притворно схватившись за сердце, опустилась на стул, для пущего эффекта закатив глаза. — Она приличная девочка, просто еще совсем молодая…"

"— Она знает, что делает, не снимай с нее ответственность, как с ребенка! Сати целенаправленно вертела хвостом, желая как можно быстрее узнать, что значит быть взрослой. И я ей в этом помогу! — рявкнул, предостерегая женщину со мной спорить. — Как только найду, притащу домой волоком.

— Не позорь семью!

— Она сама с этим отлично справилась, женщина! И это не тебе и не ей объясняться перед Мортеремом, почему его невесту и будущую жену уже попробовали все, кому не было лень!

— Не говори так! В конце концов, девочка еще никак себя не скомпрометировала! Только ты думаешь о плохом, а моя девочка пропала! Исчезла, — она поджала губы, будто бы готовясь заплакать, но глаза оставались совершенно сухими.

Зная характер матери, я только глубоко вдохнул, стараясь унять бешенство и вновь на нее не наорать. Латиса умела играть на нервах, словно на тонких струнах, испытывать людей на пределе их возможностей.

Будучи женой альфы, ее не раз выручало это умение, но сейчас, когда я стоял во главе стаи, мать словно с катушек съехала, стараясь взять все в свои руки и перекрыть мне горло. И даже сегодня, обычный, казалось бы, день, начался с того, что Райф, проведший ночь в карауле, доложил, что Сати пропала из своих покоев.