Тут и с шестом работы почти нет, и музыка тише, что не дает погрузиться в атмосферу и раскрепоститься, и простора для импровизации никакого. Впрочем, Рубик вообще не любил наших импровизаций во время выступлений, называя их варварскими налетами на божественные плоды его творческой натуры.

Только середина трека, а мне уже скучно. Глаза привыкли к неравному освещению випа, и я уже могла разглядеть гостей. Лучше бы я этого не делала. Лучше бы я вообще не выходила на вип.

Дроздовых, безразличных к моим фортелям, я узнала сразу. Они негромко беседовали с незнакомой мне парой средних лет, не обращая на меня никакого внимания. А вот еще одного гостя, иронично приподнявшего бровь, когда мы столкнулись взглядами, я узнала с заметным опозданием.

Тот самый мужик, в которого я влетела неделю назад. Господи, да как так-то, а? Так же не бывает!

Меня спасла только механическая память тела, иначе бы я полностью провалила номер, обратив на себя внимание. А когда танцуешь фоном, это катастрофа. Чувствуя, как похолодело в животе, я с трудом довела номер до конца и спешно ушла.

Прошла мимо гримёрки к раздевалке. Достав из шкафчика свою сумку я торопливо рылась в ней, в поисках забытой визитки. Нашла. Антон Дмитриевич Грановский. Сжала в пальцах белый прямоугольник. Какая-то подстава. Так не бывает, мать вашу!

Услышала громкий рык Рубика, иступлено и в матерной форме интересующегося за соседней стеной, куда я запропастилась. Скривившись, пошла в гримерку.

Рубик уже нашел новый повод поругаться с визажистом на предмет не устраивающего его макияжа у Веры, так что он почти не обратил внимания на меня, падающую за стул к парикмахеру.

— Элен, консумация! — Наконец заметил меня Рубик, снова чиркая что-то в моем листе выступлений.

Я поморщилась себе в зеркале, уже понимая, кто именно меня заказал. Консумация — платное времяпрепровождение с понравившейся танцовщицей. Наша цель развести клиента на дорогие напитки, от которых нам падает процент с бара, цель клиента, сидеть и наслаждаться. Это с нашей позиции. На самом деле, иногда у клиентов были самые разные цели, в целом сводящиеся к примерно одинаковому итогу — напоить и трахнуть, предложить деньги за отдельные услуги и тому подобное. Ну, это редко, и клиент сразу заносился в черный список. Сейчас к жёсткому своду правил клуба привыкли не только сотрудники, но и клиенты. Смотреть можно, трогать тоже, но в пределах разумного, и не больше.

- И последующий приват. — Роберто-Рубик довольно сделал пометку в листе текущей смены. — Китти, клиент денег не считает, так что твои чаевые могут быть щедрыми. Будь хорошей девочкой.