Здесь имеется огромная ванна, дешевая кабина, зеркало во всю стену… За последние две недели, мне приходилось стоять в очереди в общий душ, а потом быстренько пытаясь ни к чему особо не прикасаться мыться.

Я сбрасываю с себя костюм и ступаю голыми ступнями на кафель, приятно ежусь, мне нравилась эта комната, страх начина потихоньку отступать. Я становлюсь под горячие струи воды и не могу скрыть довольную улыбку. Даже этого мне сейчас хватает, чтобы поднять свой боевой дух с колен. И так, что мы имеем? Во-первых: я выбралась с того ужасного отеля, во-вторых: меня привезли в шикарный особняк и выделили комнату. За меня отвалили не маленькие деньги, значит на то была причина? Он сам сказал, что я самая дорогая из его… женщин, я предпочитаю именно это слово.

Если, по его словам, я грязная шлюха, с которой даже рядом сидеть противно, зачем тогда меня везти в свой дом и платить за меня такие деньги? Если бы он просто меня пожалел, то отдал бы мне мой паспорт, высадил бы где-то в городе и пожелал бы удачи. Но нет, он не был похож на благодетеля, который просто так сделает доброе дело. Я видела, как он на меня смотрел, реагировал и даже после всего, что ему там рассказал Гарик, поддался на мои уловки и ответил на поцелуй, то, что он потом себя взял в руки и скинул меня, я решила забыть.

Ко мне приходит доктор, берет кровь, мазки, самое унизительное, что он расставляет мне ноги и делает какие-то не очень приятные манипуляции, а потом ошалелым взглядом окидывает меня и вскрикнув:

— Ich kann meinen Augen nicht trauen (Не могу поверить своим глазам), — быстро удаляется из комнаты. Малоприятная встреча, будь я в другом положении послала бы этого противного мужика. Но похоже Гансу нужно убедиться, что я здорова и ничем его не заражу."

"— Девственница? — Ох, господин пожаловал прийти, балует своим вниманием, радость то какая. Я делаю наглое выражение лица и картинно отворачиваюсь к окну, мол стыдить прислужник Сатаны, пускай тебе будет стыдно за твои слова! Мужчина приближается ко мне в плотную, резко хватает пальцами мой подбородок и смотря в глаза произносит:

— Это ничего не меняет, я трахну тебя в любом случаи и не раз, — да кто ж сомневался?

— Как тебя называть господин, хозяин, хер Ганс? Как больше нравится?? — Я стискиваю зубы, и смотрю на него взглядом полным презрения. Мужчина скалится, демонстрирует идеальные зубы, эх Гарик бы ему сейчас позавидовал. Он сжимает пальцы так, что я вскрикиваю от боли.

— Прикуси свой язычок, а то тебе не понравится, что я могу с тобой сделать в порыве злости, а ты начинаешь меня злить, — ага, я вижу, и взгляд его вижу и выражение лица и то как он челюсть мою сейчас сломает своими пальцами. Хватаюсь пальчиками за его руку и начинаю впиваться ноготками, боль адская, терпеть нереально.