Задумавшись, Емельянов тут же ощутил небольшой толчок — женщина перевернулась на другой бок и невольно задела его своим телом. Чуть обернувшись, он принялся ее рассматривать.

Длинные отбеленные волосы, разметавшиеся по подушке. Дряблая кожа. На лице черные точки. Совершенно бескровные губы. На нижней губе вздулся какой-то нелепый маленький, но отталкивающий своим видом пузырек слюны… Все вместе выглядело это отвратительно. Емельянову тут же пришла в голову печальная мысль: просыпаться надо только с теми, кого ты любишь…

Женщина между тем томно вздохнула, повела голым плечом.

Волосы ее рассыпались по подушке еще больше, обнажив шею и щеку. И Емельянов вдруг вспомнил: это же свидетельница по делу! Парикмахерша Валерия Лушко, которая ну вот совсем не горевала после смерти своей подруги!

Тут же он вспомнил и вчерашний вечер, особенно ту смутную, отвратную часть, которая последовала за посещением Пролетарского бульвара и опроса жильцов взорванного дома…

Тогда, озадаченный ответами, Емельянов вернулся к себе в кабинет и занялся писанием текущих бумажек. Тут зашел кто-то из оперов с коньяком. Они выпили.

Потом поступил сигнал: на «Золотом треугольнике» видели барыгу, за которым Емельянов безуспешно охотился вторую неделю.

«Золотым треугольником» называлось место между ЦУМом — центральным универмагом — железнодорожным вокзалом и Привозом. Здесь всегда толкались воры, спекулянты, мошенники всех видов и мастей. Более криминального места Одесса не знала за все время своего существования.

На фоне разгула преступности, которая расцвела на пересечении всех этих улиц, ведущих к вокзалу и Привозу, меркла даже знаменитая Молдаванка. Все было отработано годами: на вокзале воровали, на Привозе и в ЦУМе тут же сбывали краденое.

Емельянов сам, лично, брал одного делягу, заведующего отделом в универмаге, который под видом фирмы́, из-под полы толкал в своем отделе краденые вещи. Деляга тот имел связи со всеми крупными ворами города, и, обворовав квартиру с большим количеством фирменных, дорогих вещей, воры тут же несли эти вещи к нему на сбыт.

Человек тот был мерзким, вел себя нагло, и Емельянов очень надеялся, что получит он по полной программе. Однако у деляги были связи с местным партийным руководством, и через два месяца его выпустили из СИЗО, даже без подписки о невыезде.

И такое происходило сплошь и рядом. Емельянову оставалось только махнуть рукой. А заведующий этот, купив документы на еврейскую фамилию, тут же подал заявку на выезд из страны. Неизвестно, сколько взяток он дал, похоже, половины своего состояния лишился точно, потому что его таки выпустили. Потом Емельянов узнал, что ему удалось осесть в Штатах.

А как-то под Новый год Емельянов получил привет от деляги — от одного из информаторов.