Один – белобрысый здоровяк без шеи, голова просто лежит на широких плечах, узенький лоб, широкие ноздри, глупые глаза и два передних зуба, вылезающих на нижнюю губу. Этот малый походил на гигантского белого кролика. Вовец про себя так его и назвал. Второго он обозначил как Гуся. Тот был длинношеим чернявым юнцом с длинным носом на удивленном лице первоклассника. Он имел не по возрасту выпуклое брюшко и при ходьбе еле ноги подымал. И вообще какой-то квелый. Наверное, лодырь записной, они обычно такие.

Вовец неторопливо смотал спиннинг и затеял обычный рыбацкий разговор о том, о сем. Исподволь зорко оглядывал островной бивак. Все вещи: котелки, чашки-плошки, канистра с водой и прочее – все то же самое. Про палатку и говорить нечего. Весла по-прежнему упирались в брезентовый свод, а лодка лежала кверху дном. На неё ветром насеяло песка, чешуек золы от костра. На воде последний раз дней пять назад была. Очень интересно…

Ребята делали вид, что они тут давно, и даже высказались в том духе, что ещё недельки три здесь проведут. Больно место хорошее. Хотя чего уж тут хорошего? Клева нет, вода мутная, с торфяным привкусом и запахом, даже пить её нельзя. Вместо берега болото и торфяные хлипкие лавды из сплетенных корневищ разных водных растений. Ни ягод, ни грибов, даже дров толком не найти. А уж скучища смертная. Дня три-четыре здесь ещё пробездельничаешь, но потом точно с ума сойдешь.

Вовец выбрался на песок. С непривычки ломило спину, ноги затекли. Следовало размяться. Он сделал несколько энергичных движений корпусом, поприседал, попрогибался. Руки отяжелели, а на ладонях намечались мозоли. Заодно поближе познакомился с островком. На песке у воды во многих местах следы причаливания. Широкие носы дюралевых ""казанок"" далеко въезжали на берег, отгребая песчаные валики, а кили глубоко врезались, оставляя канавки. Таких следов имелось не меньше десятка. Остров активно посещался. Сюда привозили воду, дрова, продукты и пары отдыхающих.

Нынешняя пара – Гусь и Братец Кролик, похоже, не очень ладила между собой. Наверняка Плечистый Грызун угнетал невзрачного Гадкого Гусенка. Во всяком случае оба обрадовались возможности пообощаться с посторонним человеком. На вид им было лет по восемнадцать-девятнадцать, ум и сообразительность отнюдь не наполняли их глаза и не сквозили в речах. Оба заинтересовались каяком. Более нахальный Белый Крол даже сунул внутрь ногу в порыве испробовать новое для себя плавсредство. Легкая лодочка тут же резко качнулась. Не сумев твердо встать одной ногой, чтобы следом переставить вторую, Кролик оставил безуспешные попытки и только восхитился мастерством гребца, который может управиться с такой кувыркучей посудиной.