Все это тускло подсвечивалось фосфоресцирующими пластинками исполинской шляпки, все это пребывало в движении — что-то ворочалось, шевелилось, возилось у подножия и наверху. Прямо в окаменевшей плоти гигантских грибов были вырезаны жилища и лестницы, возле которых копошились какие-то странные существа. Вода стала совсем густой, как борщ у хорошей хозяйки, «Абиссал» продирался сквозь сплетения каких-то мохнатых нитей, меж которых сновали тошнотворные существа.

На наших глазах всю исполинскую гроздь пронзила медленная вибрация — словно Грибница часто-часто задышала, а затем раздался громкий хлопок, рев, свист, сравнимый по мощи с паровозным гудком — и самый большой гриб, дрожа и сокращаясь, изверг высоко во тьму облако фиолетовых спор.

Медленно кружась, тучи этих пылинок опускались вниз.

— Не повезло, попали под споровое извержение. — спокойно сказал Рокки. — Мать-Грибница приветствует, видно, соскучилась.

Трайнул поспешно поднимал броневую защиту. Погрузиться здесь было невозможно, зачем?

— Они не опасны, но неприятны, — пояснил Гробовщик, — Пускают корни на любой органике, потом задеремся корабль чистить.

Аккуратнее там, на берегу. Можно абсолютно бесплатно обзавестись спутником-миконизом. Правда, с ним в приличное общество уже не пустят."

"По уверениям Трайнула, на берегу было чисто. Ни одного судна поблизости и у длинного причала — на Грибницу редко заходили корабли. Я решил сойти на берег вместе с «Первопроходцами» и частью команды «Абиссала», подобное зрелище не стоило пропускать.

Жалеть о своем решение пришлось почти сразу — когда я поскользнулся и шлепнулся на липкой плесени, покрывавшей пирс.

Облака спор — алых, фиолетовых, темно-малиновых витали в воздухе, они устилали слоем бурого праха кривые улочки, оседали на одежде, застревали в волосах. Дебаффы «Грибного Симбиоза», стакаясь, десятками украсили наши хитбары — неопасные, но противные. Я пару раз снял их «Очищением», но это не имело смысла — спор было настолько много, что новые возникали в течение минуты. Жители Грибницы подразделялись на два вида: миконизов, странных существ, больше всего похожих на решившие передвигаться грибы и НПС, которые изначально, наверное, были людьми. Постоянная жизнь здесь дала о себе знать — выглядели они отвратительно, «Грибной Симбиоз» наложил неизгладимый отпечаток. Я начинал понимать, почему Дыра закрыта — такое зрелище не для слабонервных. Уродливый выверт «процедурной генерации».

Миконизы, как объяснил Трайнул, были подобны муравьям или пчелам — они не имели собственного разума, ими руководила Мать-Грибница, таинственный мыслящий мицелий. Весь грибной остров был и телом и мозгом, и местом обитания этого странного существа.