Ещё убирались, в саду в футбол играли и поесть приготовили, – перечисляет он список сегодняшних дел.

– Ты что, сам готовил? – Я оглядываюсь вокруг и замечаю, как блестят полы, чувствую жасминовый аромат средства по уходу за мебелью. С кухни доносятся и другие запахи: курица с пряностями.

Сын отвечает мне с довольной улыбкой:

– Да, я резал лук. Настоящим ножом, мне Шелли разрешила. Им куда проще, не то что тем мелким, который ты мне всё время даёшь.

– Ого, да… ну хорошо. – Ну или мне хотелось бы верить, что хорошо. Хорошо, что Джейми было весело, что он так расположился к Шелли. Плохо только, что она дала ему острый нож: я никогда не даю – боюсь, что порежется.

Хочу ещё что-то спросить, но вдруг слышу: на кухне кто-то разговаривает. Шелли с каким-то мужчиной. Что это за мужчина у меня дома? Может, полиция пришла? Ещё что-то плохое случилось?

Хватит беситься, Тесси.

Не могу я не беситься, Марк. Сердце колотится, во рту пересохло.

– Не ходи никуда из комнаты, – шепчу я Джейми.

В шесть шагов долетаю до кухни. Дверь слегка приоткрыта. Дрожащей рукой двигаю её ещё на сантиметр, смотрю в щёлку.

Видно, как на столешнице у плиты горят три огромные свечи – я их покупала прошлой зимой, когда электричество отключили. Шелли, наверное, достала их из ящика. Но внимание привлекает не медленный танец огней, а угол дома, открытая боковая дверь.

– Вы должны понимать, что так просто дела не делаются. И я ничего не обещаю, – указывает кому-то Шелли таким напряжённым голосом, какого я ещё от неё не слышала. Телом она заслонила проход, прямо как охранник в ночном клубе, поэтому разглядеть её собеседника не получается.

– Я обещаний и не требую, – парирует мужчина.

Я узнаю его мгновенно. Йен.

Он вздыхает, и мне представляется, как он щиплет себя за переносицу.

– Я только вас прошу вот это передать Тесс. Давайте, может, я зайду…

– Вы в своём уме? Я вам что сейчас столько времени объясняла? Уходите, сейчас же.

– Хорошо, ухожу. Только передайте, пожалуйста.

– Ради бога.

Шелли с силой захлопывает дверь. Поворачивает ключ, язычок с глухим стуком входит в паз, и только тогда я снова могу вдохнуть. И я вдыхаю глубоко, дрожа, и открываю кухонную дверь.

Как тёплая волна, меня накрывает с головой прилив благодарности. Только и хочется, что обнять Шелли. Она меня сегодня как только не спасла. И Джейми тоже. И Йену не уступила. Знала, что мне этим вечером его не вынести, защитила меня, прямо как львица своего львёнка.

Шелли поворачивается, отходит от двери и вздрагивает, видя меня на пороге кухни.

– Тесс, – судорожно вздохнув, едва выговаривает она, поднося руку в груди, – ну ты меня и напугала. Ты давно там стоишь?

– Не особо.

– Познакомилась с братом твоего мужа. – Она проводит рукой по волосам и улыбается. – Неприятный тип.

– Прости.