Но тебя он всегда держал за глупого подростка, а нас с Джейми – за временных попутчиков.

Ты тоже хороша. Всё, что он ни делает, воспринимаешь в штыки.

Скидываю ботинки в углу, иду в носках по полу на кухню. На холодном кафеле ноги немеют. Отопление отключили, поэтому дома такая же температура, что и на улице. Но какая разница: будь на кухне тропики, я бы всё равно ёжилась от холода.

Йен облокачивается на столешницу спиной к окну, выходящему на въезд к дому. Взгляд его падает на наш с Джейми недоеденный завтрак. В моей тарелке хлопья вздулись, образовав единую влажную массу. Вижу, как Йен хмурится: бардак вызывает в нём брезгливость. Он выпрямляется, поправляет галстук."

"– Вот, держи, – говорит он, протягивая вперёд руку, и тут только замечаю, что он пришёл с пакетом. – Купил тебе винограда, шоколада немного. Выбирал наугад, не знаю, какой тебе нравится.

– Надо же, спасибо.

На его лице появляется обида. Может, я веду себя неблагодарно? А ты прав, и я правда всё в штыки воспринимаю?

– Спасибо тебе огромное за заботу, – добавляю.

– Тесс, очень неудобно тебя просить, – продолжает он, – но время уже не терпит. Верни деньги.

Деньги. Слово, как дротик, вонзается мне в сознание. Ну конечно, он сюда не обо мне или Джейми справиться пришёл.

– Какие деньги?

Йен щиплет себя за переносицу, закрывает на мгновение глаза. Прямо как ты – раньше.

– Я тебе на похоронах всё объяснил, – заявляет Йен. – Вы переезжали, Марк взял у меня в долг. Сказал мне, что ты в курсе. Ему понадобилась моя часть наследства на пару месяцев, пока вы продавали дом в Челмсфорде.

Сглатываю, снова на мгновение стуча зубами. Не очень помню, что было на похоронах. Помню, по витражным окнам колотит дождь. От каменных стен холод подбирается сквозь плащ, сквозь платье к кусочку льда внутри. А кроме – ничего, пробел, сцену из фильма вырезали.

– Тесс? – Я дёргаюсь от его нетерпеливого тона. В полумраке кухни глаза у Йена кажутся темнее Как бы мне хотелось, чтобы этот разговор мы вели снаружи. Но кто меня спрашивает.

– Дом в Челмсфорде мы быстро продали, – отвечаю я, поворачиваясь к Йену спиной и принимаясь вычищать миски. Тот отходит от раковины, но помочь не предлагает. – Мы продали дом в Челмсфорде, деньги сложили с наследством, которое досталось Марку от вашей мамы, выкупили у тебя долю в этом доме. Оставшуюся часть взяли в ипотеку. Всё это делалось через твою контору. Мы с Марком подписывали все бумаги в офисе твоего партнёра. Деньги перечислили прямо тебе на счёт. Ты при этом присутствовал. И Джейкоб Барлоу тоже.

– Да, – кивает Йен, и мне кажется, что со мной разговаривают, как с ребёнком, будто я самых простых вещей не могу понять. – А потом часть этих средств вы взяли обратно в долг.

– Нет, не брали.