Геннадий посмотрел на пустые трибуны на их стороне поля, и вздохнул. Там сидело всего трое, и двое из них — это мама и бабушка одного из футболистов. А третий просто пришел попить пива, и ни за кого не болел, просто на стороне петроградцев слишком тесно.

— Ну? Давайте! Поддержите! — Нурик аж подскочил со своего места, и чуть не выбежал на поле. — Мы должны перекричать их! Ле-ги-он! Ле-ги-он!

Геннадий же лишь помотал головой. Следующие десять минут игры прошли просто катастрофически, и он понял, что это фиаско. А также, в очередной раз, задумался о роспуске команды, и перестать брать финансирование. Ведь за эти десять минут еще пятеро отправились в лазарет. Петроградцы играют жестко, и всячески пытаются нанести противнику, как можно больше травм, а их фанаты мешают, постоянно кидаются мусором, и отвлекают кричалками и угрозами. И дальше так продолжаться не должно.

Он опустил голову, и к нему подошел судья. Он как-то странно улыбался, и тренер понял, что исход игры был решен заранее, и судья куплен.

— Ну что? Техническое поражение? — ухмыльнулся тот.

— Ну, а что я могу ответить? — грустно вздохнул Геннадий. — У меня больше нет…

— Что за хрень? — рядом с судьей материализовался двухметровый накачанный мужик. Тренер даже не понял, как он так быстро здесь оказался. Нурик явно был в ярости, а глаза его горели праведным гневом, — Какое еще техническое поражение? — спонсор навис над судьей, и казалось, будто в любой момент он готов свернуть наглецу шею. — Они же специально калечат! Мяч даже не трогают! Или ты не видишь этого? Одному, вообще, по животу ударили? Куда ты, говно слепошарое, смотришь? А? — рычал Нур-галл, тогда как судья держался молодцом, и даже не упал в обморок.

Раздался громкий свист, и мужчина поднял над головой красную карточку.

— Дисквалификац…

— Я тебе эту карточку сейчас в задницу засуну! Вместе с твоей рукой! — Нурик сделал шаг вперед, собираясь выполнить обещание. Всё же слов он на ветер не бросает, и шутить не умеет. Раз сказал, надо делать.

Но ему на плечо легла рука тренера.

— Успокойся… — вздохнул он. — Мы действительно не можем продолжать. У нас больше нет запасных игроков. А если продолжим, они остальных покалечат, ведь судья купленный.

— А что, так можно было? — удивился здоровяк, и вытащил из кармана комок из крупных купюр. — На, возьми, дурила! — протянул он этот комок судье. — Или кому платить надо?

— Это так не делается, — помотал головой Геннадий. — Нужны связи.

— Связей у меня нет… — потупил взгляд Нурик.

— Так, вы мне надоели, — судья пришел в себя, и на всякий случай, спрятал красную карточку в карман. — Объявляю поражение…

— Какое поражение? — послышался голос за спиной судьи.