Вообще-то у мамы были золотисто-каштановые волосы, когда она выходила замуж, а теперь уж все седые, конечно.

Линн в конце концов заставила себя замолчать. «Боже мой, — подумала она, — от погоды перешла к детству и родителям. Где же та сверкающая остроумием беседа с мужчиной, по которому я сохла почти десять месяцев?»

Дамион предпочел не продолжать разговор о цвете волос миссис Фрамптон. Он провел пальцами по руке Линн.

— Ты чувствуешь, какой я холодный? — хорошо поставленным голосом спросил он. — А ты такая горячая. Мне хочется погреться у твоего огня, Линн, малышка.

Его низкий голос придал этим словам потрясающую чувственность, однако эффект оказался для Линн частично смазанным, поскольку она уже слышала его в заключительном эпизоде телесериала прошедшего сезона.

— Вообще-то я и сама немного замерзла, — с этими словами Линн освободила руку и сделала еще один глоток содовой. Тут она заметила спешившего к ним официанта и улыбнулась. — Смотри, вот и наш заказ. Я проголодалась, а ты?

— Я голоден, только хочу не рыбу. — Дамион сделал многозначительную паузу, ожидая ее реакции на этот достаточно ясный намек, и, не дождавшись, драматически понизил голос: — Я хочу тебя, Линн!

Она сглотнула.

— Палтус очень аппетитный, Дамион. Советую попробовать сначала его, — выпалила она неожиданно для себя.

Замечание прозвучало настолько нелепо, что ей с трудом удалось подавить в себе приступ смеха. Великолепные брови Дамиона недоуменно сдвинулись вместе, и она поспешно добавила:

— Скажи мне, что ты решил насчет последнего киносценария? Знаешь, Дамион, ты мне так и не сказал, к какому мнению вы с агентом пришли после всех дискуссий.

Хмурый вид исчез с волшебной быстротой, и он пустился в полный энтузиазма монолог о своем решении принять эту роль и переехать в Голливуд на время съемок. Аванс за участие в фильме он уже получил.

— Моего имени достаточно, чтобы гарантировать студии прибыль, — самодовольно заявил он. — Как только они узнали, что я согласился на роль, деньги тут же были переведены.

— Это здорово, Дамион, — поддакнула Линн.

Он вернулся к рассуждениям о том, какие возможности для карьеры даст ему переезд в Голливуд, и когда официант наливал им кофе, Дамион серьезно взглянул на Линн.

— Я рассчитываю на тебя. Ты ведь поедешь со мной в Голливуд, верно? Я просто не знаю, что бы делал без тебя, Линн. Сейчас в моих делах такой порядок, какого никогда прежде не было, — признался он.

По ряду причин приглашение не слишком обрадовало ее, но она сказала:

— Конечно, я с удовольствием поеду с тобой, Дамион. Если только мне удастся решить ряд практических деталей.