Линн подозревала, что даже отец, в основном молчавший во время этого разговора, в душе восхищен остроумием Дамиона и бесшабашной отвагой, с которой он спасает невинных девиц из отчаянных ситуаций.

И лишь после того, как родители рано удалились в свою спальню, Линн смогла остаться в семейной гостиной наедине с Адамом и задать ему вопросы, которые вертелись у нее на языке после вчерашнего разговора по телефону.

Она уютно устроилась в углу дивана и похлопала ладонью по соседней подушке. Не обращая внимания на ее приглашение, Адам прошел к угловому бару и налил себе порцию шотландского виски. Положил туда пару кубиков льда, Но ни воды, ни содовой не добавил, поболтал содержимое стакана и сделал большой глоток.

— Ну… Адам, — начала Линн, собирая всю свою смелость."

"Вчера, стоя под душем, она не предвидела никаких проблем, но реальная ситуация оказалась вовсе не такой, как Линн предполагала. Молчание, повисшее в гостиной, было напряженным, и это необычное напряжение заставляло ее нервничать. А ведь они с Адамом всегда чувствовали себя непринужденно в обществе друг друга.

— Адам, — повторила она, затем снова замолчала, испугавшись неизвестно чего.

— Что? — спросил он, не оборачиваясь.

Линн набрала в грудь побольше воздуха.

— Мне нужен твой совет по одной проблеме, Адам. Мне нужна твоя помощь.

Наконец он повернулся к ней, но его лица она не видела, потому что он снова поднес ко рту стакан с виски.

— Видимо, произошло что-то серьезное, — бодрым голосом заметил он. — Ты уже лет шесть не спрашивала у меня совета ни по каким важным делам.

Ее глаза расширились, лицо выражало протест.

— Ты забыл, что я советовалась насчет предметов, которые мне предстояло выбирать в колледже, — возмутилась она. — И по всем проблемам, возникавшим на работе. Я позвонила тебе первому, когда Дамион предложил мне работать у него менеджером.

— Да, верно. Ты всегда держала меня в курсе решений, которые принимала, — с улыбкой согласился Адам.

Линн пропустила мимо ушей его ироническое замечание.

— Я рассказывала тебе и о моих приятелях, хоть ты их тут же подвергал суровой критике. — Она усмехнулась внезапному воспоминанию. — Помнишь, как ты сказал мне, что Майк Хармон холодный эгоист, который хочет лишь моего тела и не ценит моей благородной души?

— И я был прав?

— Боже мой, Адам! Тот парень был капитаном футбольной команды, самой яркой звездой в драматическом классе и президентом студенческого союза. Каждая девчонка в кампусе согласилась бы с ним пройтись, а ты ждал, что я стану беспокоиться, родственные ли у нас души! Как мог ты быть таким бесчувственным! Ничего удивительного, что я перестала после этого делиться с тобой своими женскими секретами.

Адам вернулся к бару и опустил в стакан еще один кубик льда.