– Вы не с той стороны смотрите на вопрос, – наставительно сообщил мэтр Шварц, внимательно его выслушав. – Я бы задумался о том, что будет у Берты после развода такого, чего не было в замужестве с вами.

– Свобода?

– Кристиан, не расстраивайте старика, – оскорбился мэтр Шварц.

– После развода у Берты будет «Грандис», – медленно произнес Кристиан. – Да нет, чушь какая-то. Во-первых, ни один отец не поступит так с дочерью ради магазина, пусть даже и самого крупного в городе. Во-вторых – нельзя просто так признать здорового человека душевнобольным. Берта, конечно, дамочка с нервами, но она не сумасшедшая.

– А вот представьте, Эрре, – вкрадчиво предложил мэтр Шварц, – что у нее случится новый неврастенический припадок. А тут и свидетельства трех врачей, что и прежде Берта была не в себе.

– Андрес объявляет ее недееспособной и до тех пор, пока дети не достигнут совершеннолетия, берет управление «Грандисом» на себя. Черт, это значит, что после развода я уже не смогу защитить Берту?

– Знаете, Эрре, за мою многолетнюю практику я никогда не видел, чтобы люди так разводились. Обычно супруги капиталы делят и проклинают друг друга. Вы уверены, что вообще хотите расторгнуть этот брак?

Кристиан не ответил на этот вопрос, мрачно обдумывая происходящее."

"Потом он честно пытался работать, разбирая завалы документов и почем зря шпыняя секретаря Карла Фосса. Дитмар Лонге притащил и свою пачку бумажек, но Кристиан отодвинул пока отчеты и предложения об инвестициях на край стола.

Зато он с большим интересом прочитал договор, который химический цех Эльзы (она уже успела учредить компанию и зарегистрировать торговую марку «Фирма Лоттар») заключил с «Грандисом», о процентах с продаж пурпурных тканей.

Хладнокровная Эльза не упускала ни одной детали. Это восхищало и выводило из равновесия одновременно.

Все ему сегодня было не так и не эдак. Кабинет – чужой, вид из окна – непривычный, из открытых ставень доносился портовый шум, а весеннее солнце нещадно нагревало помещение.

Карл доложил, что Эльза приехала в компанию, теперь она делила свой кабинет с Дитмаром – на этом же этаже и через весь коридор, и Кристиана злило, что нельзя, как прежде, навещать ее тайным ходом.

Впрочем, пока ему было не до свиданий.

После обеда его посетила Грета Саттон – о ее приближении он узнал заранее по грохоту самоходной машины на улице. Кажется, это напугало даже крикливых чаек.

– Кристиан, – Грета была весела и игрива. Пила шампанское, лежа на диване с таким видом, будто находилась в собственном алькове. – А скажите мне как банкир банкиру, могу я взять на себя обустройство нашего совместного детища?

– Только помните, что это деловое учреждение, – Кристиан даже слегка испугался ее энтузиазма.