Когда они дошли до припорошенных снегом мраморных статуй, Кристиан спросил:

– Что опять происходит? Я думал, что мы пришли к согласию и относительно школы, и относительно наших с тобой отношений.

– Не супруги, не друзья, не любовники. – Берта обхватила себя за плечи, и отчаяние отразилось на ее лице. – Я женщина, Кристиан, а не… вот эта статуя!

– Чего же ты хочешь от меня? – Печаль разливалась по его груди. Никогда Кристиану не хотелось видеть жену столь расстроенной.

– От тебя? – Берта нервно расхохоталась. – От тебя?! Кристиан, – она все-таки заплакала, – я умираю.

Исчезаю. Разваливаюсь на части. Я не знаю, как мне жить без Дженарро!

– Господи, – его кулаки непроизвольно сжались. – Он же обокрал тебя и бросил!

– Мне все равно, – в ее фанатичности было нечто пугающее, – все равно. Я хочу его, невзирая ни на что.

Кристиан молча смотрел на нее, и в его голове крутился вопрос, заданный Гансом: «Что же вы будете делать, когда я притащу вам Вайса за шкирку?»

Никогда еще мысль об убийстве не казалась Кристиану настолько привлекательной.

– Знаешь, – сказала Хельга, когда Кристиан пришел ее поцеловать на ночь, – в школе есть мальчик, который все время дразнит меня.

Его зовут Артур.

– Да что ты, – неприятно поразился Кристиан.

– Я попросила Эльзу научить меня, как расквасить ему нос.

– Хельга! – осуждающий возглас будто сам собой вырвался из его рта.

– А Эльза сказала, что расквасить нос противнику может любой дурак. Вежливость и спокойствие – вот оружие победителей.

Слава богу, подумал Кристиан, хоть у кого-то есть мозги.

– Эльза Лоттар очень вежливая и очень спокойная, – кивнул он, присаживаясь на краешек кровати дочери.

С распущенными волосами и в ночнушке с оборками она казалась уже не девочкой, но девушкой.

Когда Хельга так изменилась?

Куда делась его крошечная малышка, которая смешно переставляла толстые ножки, когда училась ходить?

Куда делась вся жизнь Кристиана?

– Она не похожа на маму, – несколько неуверенно протянула Хельга.

– Не похожа, – согласился Кристиан, – но будь добрее к своей маме, детка. Не стоит кричать на нее.

– Вежливость и спокойствие, – повторила Хельга и упала на спину, уставившись в потолок. – Это стоит попробовать.

Эльза говорит, что Ганс тоже задирал ее, когда они были маленькими. А теперь они лучшие друзья. Она с ним спит?

– Что? – не поверил своим ушам Кристиан.

– Мама говорит, что Эльза Лоттар спит со всеми подряд. Это значит, что она… как это?.. Неразборчивая. Это что-то плохое, да?

Берта свихнулась от своего горя, если позволяет себе обсуждать такое с дочерью.

Кристиан ответил не сразу, задумавшись о том, как защитить детей от подобной низости.

Потом потер лицо ладонями, пытаясь сосредоточиться на разговоре.