И в то же время он помнил, что именно у Гё было кое-что ценное, кольнувшее однажды Кристиана мелкой завистью. А он не привык никому завидовать.

Кристиан отступил на шаг и отдал короткое распоряжения Катарине.

Казалось, у его секретарши была змеиная кровь. Она так ловко просочилась мимо одетых в черное людей, так быстро проскользнула мимо бледной и отрешенной Лоттар, что никто и не заметил даже, как она успела произнести несколько слов. Глаза Лоттар немного расширились, а дыхание чуть-чуть сбилось. Кристиан и не заметил бы этих едва заметных перемен, если бы не впился в нее пронзительным и изучающим взглядом.

На ее лице отразилось понимание, и она едва заметно кивнула.

В кабинет Кристиана Лоттар вошла все в том же черном строгом платье, в котором была на похоронах.

Бледная и светлая кожа резко контрастировала с этой подчеркнутой траурностью.

Лоттар, тонкая и гибкая, была не слишком красива, но не лишена изящества, а дорогую одежду носила с небрежностью человека, который никогда не нуждался в деньгах. Была ли у Лоттар семья, какое воспитание она получила и где Гё вообще ее откопал, Кристиан не знал.

– Господин Эрре, – произнесла Лоттар тихим, но довольно твердым голосом и посмотрела со спокойным ожиданием.

Кристиан молча кивнул ей на кресло перед собой, и Лоттар опустилась в него, стянув тонкие черные перчатки.

Долгое время в кабинете царило молчание. Кристиан разглядывал свою гостью, а Лоттар, казалось, никуда не торопилась.

– Сколько вам лет, госпожа Лоттар? – наконец спросил Кристиан.

– Двадцать четыре, – с легкой заминкой, как будто этот вопрос вызвал какое-то внутреннее затруднение, ответила она.

– Как вы думаете, для чего я попросил вас прийти?

– Полагаю, чтобы предложить мне службу, – едва склонив голову набок, отозвалась Лоттар. Она казалась разумной и сдержанной особой, не склонной к скоропостижным выводам или бурным проявлениям чувств. Даже сейчас, потеряв человека, которому была предана много лет, Лоттар прекрасно владела собой.

– И вы…

– Намерена согласиться, – просто, безо всяких долгих хождений вокруг да около сказала она.

Кристиан, не готовый к такому стремительному вероломству, презрительно прищурился. Все-таки преданности наемных служащих не существовало в природе. На минуту ему захотелось выгнать Лоттар, сказать, что ему не нужны настолько продажные люди, но останавливало ее непоколебимое спокойствие.

Как будто она не считала, что подводит покойного старика Гё.

Это сбивало с толку.

– Я буду говорить прямо, – Лоттар проницательно взглянула на Кристиана – и словно прочитала все его мысли. – Этому секрету недолго оставаться таковым. Через четверть часа поверенный господина Гё зачитает семье завещание, и тогда-то выяснится, что акции банка принадлежат мне.