Одним из них действительно оказался Константин. Выглядел он, несмотря на раннее утро, безупречно: отглаженный костюм, тщательно выбритое лицо, аккуратная прическа. Но когда я увидела его собеседника – точнее, собеседницу! – у меня перед глазами помутилось. Ей оказалась Марьяна. Та самая инструкторша по шейпингу, что наврала Кирюхе, будто я наркоманка.

Ну, ничего себе! Какие у Марьяны могут быть дела с Константином? Ранним утром? В дальней аллее парка?! Да и выглядит она дай боже. Вся из себя накрашенная, отутюженная, приглаженная, будто не на работу, а на вечеринку собралась.

И самым наглым образом клонится к Косте, все норовит на его плече повиснуть. А он особо и не противится.

Мне показалось, что меня ударили под дых. Вроде бы Костя мне ничего и не обещал. Нравился, конечно, но не настолько, чтоб я на других симпатичных мужчин не поглядывала. Я даже подумывала – не далее, как вчера – «изменить» ему со Степаном. Но наглое поведение Марьяны меня просто взбесило. Мысли в голове помутились, и больше всего сейчас мне хотелось подскочить и вцепиться мерзавке в физиономию. Конечно, я этого не сделала.

Уже усвоила, что орут и царапаются только в бразильских сериалах. А в жизни всегда лучше выждать и ударить исподтишка.

Потому я просто затаилась за спинкой их лавочки и стала подслушивать разговор. И почувствовала, что просто лишаюсь дара речи. Потому что первая же Марьянина фраза, что я услышала, оказалась такой:

– Ну, Костя, и нашли же вы новую тренершу! Не умеет вообще ничего, а на клиенток как орет!

Впрочем, от Марьяны я других слов и не ждала. Но Костя, Костя! Вместо того, чтоб ее одернуть, он лишь вздохнул:

– А кого тут еще найдешь, в Кирсановке?

– Могли бы и из Москвы выписать кого-нибудь поприличней, – уколола моя врагиня.

Костя же (я просто ушам своим не верила!) ласково ответил:

– Ну, что ты, Марьяночка! В Кирсановке классные специалисты тоже есть! Ты, например!"

"Марьяна – я из своих кустов видела – от этих слов просто расплылась. Придвинулась к Косте еще ближе, будто бы случайно прижалась к нему своей чахлой грудью и повела совсем уж непристойную беседу. Начала жаловаться на «забитую мышцу, вот здесь, чуть ниже левой груди, вы попробуйте!».

А тот – хотя вовсе и не доктор – охотно втянулся в ее игру. Серьезно произнес:

– Ну-ка, давай. Я посмотрю.

Марьяна с готовностью распахнула кофточку, и едва Константин ее коснулся, пропищала традиционный набор про то, «какие у вас сильные руки, меня просто в дрожь бросило!».

Сказать, что я была в шоке – значит, ничего не сказать. Мое предвкушение счастья испарилось в доли секунды. Я стояла, словно оплеванная.

Подслушивать дальше не стала. Во-первых, противно. Во-вторых, я была оскорблена до глубины души.