Свободной рукой он накрывает мою грудь, умелыми движениями лаская ареолу, а после стискивает твердую горошинку. И я мгновенно закатываю глаза от удовольствия, в тайне надеясь, что в тусклом освещении это не так заметно.

— Нравится? — спрашивает с сексуальной хрипотцой в голосе. А потом резко захватывает шероховатыми пальцами набухший клитор и скручивает его. Разряд электрического тока пронзает каждый уголок дрожащего тела, и я неосознанно выгибаюсь, не сдержав предательский стон. — Умница, — уже теплее произносит он, согревая терпкостью тона.

Сама того не желая, иду у него на поводу и раздвигаю ноги, предоставляя свободный доступ. Явор мучительно медленно играет с пульсирующей точкой: то сильнее сжимает, то постукивает, то поглаживает. А между тем внизу уже все скрутило и требует разрядки... но я хочу большего.

— Может ты уже тра-а-а…

Не давая возможности договорить, он вгоняет в меня два пальца. Я хватаюсь руками за края ванны и стискиваю их до скрипа.

— Что ты сказала?

Сглатываю образовавшийся ком и пробегаюсь по пересохшим губам влажным язычком.

— Хотела сказать, что стараешься ты плоховато, — говорю подрагивающим голосом.

Он лишь смеется и начинает изводить меня, неторопливо скользя вглубь изнывающего лона и натирая большим пальцем клитор. Я задерживаю дыхание. Резкий толчок, и я вздрагиваю. Длинные пальцы заполняют меня изнутри, именно там, где мне это так необходимо в данный момент, пропуская по телу очередную волну мучительного удовольствия. После чего ритмичные движения ускоряются, и от нарастающего внутреннего напряжения, которое вот-вот взорвется, я больше не контролирую себя, извиваясь в его руках как загулявшая кошка.

— А сейчас? — Он надавливает пальцами, растягивая эластичные стенки влагалища, и я улетаю в космос. — Стараюсь? — Ослабляет и вновь возвращается к пульсирующей пуговке, поглаживая ее. — Лучше? — издевается дьявольский отпрыск, а я уже едва дышу от его сладких мучений.

— Иди к черту, — слетает с моих губ.

Резко приподнимаюсь и, схватив его руку, насаживаюсь на нее. Даю понять, что не стоит останавливаться. Однако он тут же с силой оттягивает мою голову назад. Намотав волосы на кулак, задирает ее, вздергивая меня в сидячее положение.

Проклятье... Ощущения в такой позе становятся еще ярче. А потом он склоняется ближе, до острой боли сжимая мои пряди.

— Не смей распускать руки!"

"Высовывает из меня пальцы и стискивает ими клитор. Грубо. Дерзко. Сладко. Руками профессионального пианиста он играет на мне как на инструменте. Финальным аккордом скручивает бусинку, и дрожь растекается изнутри, вибрируя приятной истомой по нервным окончаниям. Мое тело трепещет подобно волнующей мелодии, но Явор крепко удерживает меня за волосы, не позволяя лишний раз пошевелиться.