"

"— Я не собираюсь ничего доказывать твоему папаше, — произносит, грубо сжимая волосы в кулак и невесомо очерчивает пальцами мои скулы. — Ты моя. Поняла? И больше я этого повторять не буду. Все эти «люблю до гроба» не про меня и не жди этого! После всего дерьма, что ты наговорила, я все равно пришел сюда. Если ты не готова принять меня, не готова идти со мной до конца и против моральных устоев, что вбили в твою голову, то скажи об этом прямо сейчас, и тогда это будет наша последняя встреча.

Его слова выбивают последний воздух из моих легких. Я боюсь пошевелиться. Он слишком близко. Меня пьянит его раскаленное дыхание...

— Чего же ты хочешь, Брида? — чувственно хрипит мне прямо в губы и перемещает руку на шею, мягко сдавливая шероховатыми пальцами. Бесовские глаза опаляют своей близостью. В холодной серости пылают жгучие вкрапления солнца, и я оказываюсь полностью во власти Явора. Он надавливает большим пальцем на мою нижнюю губу и с хитрым видом изгибает бровь, повторяя свой вопрос одним лишь заинтересованным взглядом.

— Тебя...

Больше сказать я ничего не успеваю, меня засасывает бешеным водоворотом в дикий поцелуй, который взрывной волной погружает в воронку похоти и разврата. А внутри все затягивает в тугой узел от шепота: «Ты моя». Истинный дьявол.

— Это правильный ответ. — Явор оставляет на моих губах затяжной поцелуй и мягко отрывается, размазывая пальцами влажность по моим губам. — Встань.

Неуверенно поднимаюсь с колен и возвышаюсь над ним. Его горячие руки плавно скользят от трясущихся лодыжек до самых ягодиц. Молча и как-то голодно смотрит на меня. Острый кадык жадно дергается под кожей. А руки не прекращают очерчивать обнаженные ягодицы, но когда пальцы проходятся по гладкому треугольничку, ноги непроизвольно подкашиваются от пронзившего удовольствия. Прикосновения блондина всегда пропускают по моему телу живой поток электрических импульсов.

— Тебе нравится? — едва слышно выдыхаю, приковывая к себе его хищный взгляд.

Не отрывая от меня наглых глаз, он накрывает обнаженный треугольник горячим языком, отчего я резко дергаюсь и шумно вбираю воздух. Но крепкие руки не позволяют мне отстраниться, сдавливая попку еще сильнее. Явор приподнимает меня, заставляя встать на носочки, и тут же вжимает обратно, насаживая на свой язык. Он проникает в изнывающее лоно сквозь ажурную ткань трусиков, что только усиливает ощущения от требовательных движений. Порочные фрикции набирают обороты, я больше не могу сдерживаться и не замечаю, как утопаю в сладких стонах, которые вырываются из меня неудержимой лавиной. Он алчно пожирает меня, одновременно порабощая диким взором, в котором читается чистое безумие.