Выглядит чертовка, конечно, отпадно. И белый брючный костюм от известного бренда отлично на ней смотрится.

Итальянская элегантность и качество в одном флаконе. Элитная шлюшка. Люблю таких.

Я догадываюсь, что она старше меня, но вот насколько — да по хер. Фигура у нее что надо, а остальное не важно.

— Муженек бельишко тебе не в состоянии прикупить? — Нагло пялюсь на кружевную ткань блузы, сквозь которую просвечивают соски, а потом сминаю ее грудь, и она вновь одаривает меня уничтожающим взглядом.

— Руки убрал!

— Уверена? Может, ты хотела попросить продолжить?

Захватываю пальцами упругий сосок, который от моих прикосновений еще вульгарней топорщится под тонкой тканью. Выкручиваю. Оттягиваю. Действую очень медленно, растягивая удовольствие.

Плутовка избегает зрительного контакта. Мотает головой из стороны в стороны, плотно сжимая губы. Сдерживает себя. Сука! Хочу услышать ее стон.

Припадаю к груди губами, но ничего не делаю. Лишь обдаю ее своим жаром.

Дыхание фурии прерывается, когда я слегка касаюсь языком торчащего из-под блузки соска, затем прижимаюсь плотнее и захватываю область ареолы. Ласкаю. Нежно. Усыпляю бдительность. Наслаждаясь тем, как ее грудь трепетно вздымается подо мной.

Несмотря на небольшой размер, соски у нее знатные. Всасываю по одной вершинке в рот, по голодному обвожу влажным языком, а после слегка обдуваю. Дрожит, сучка. Хорошо, не сомневаюсь, что сейчас ей очень хорошо.

Отстраняюсь и вновь нависаю над раскрасневшимся лицом блондинки.

— Не отпущу, пока будешь сдерживаться! — сладенько тяну, глядя в синие глаза. — Выпустите на свободу своего внутреннего беса, мисс Холл.

— Иди к черту, — скалится она. — Как Раймон мог вообще передать такому имбецилу управление клубом...

— Заткнись!

Выпускаю хрупкие руки из захвата и в ту же секунду разрываю на ней эту гребаную блузку, снова нападая губами на сочные бугорки, ахеревая от того, какая сладкая на вкус ее бархатистая кожа.

Вот только мне явно хотят помешать.

Стерва тут же начинает лупить меня ладонями и, упираясь коленями в живот, пытается сбросить с себя."

"— Так сопротивляешься, будто боишься, что тебе понравится! — Слегка отстраняюсь, но остаюсь на уровне груди. Удары прекращаются. Мое прерывистое дыхание опаляет ее кожу. Смотрю на нее исподлобья и неспешно обвожу упругие выпуклости языком. — Я же предупреждал, держись от меня подальше. — До боли стискиваю грудь рукой и кусаю, не контролируя силу. Наконец ее похотливые губы издают томный стон. — Бля-я-ядь... — рычу от наслаждения и вознаграждаю златовласку порочной лаской.

Она выгибается мне навстречу, а я упиваюсь ее реакцией до последней капли. Ее кожа подобна бархату, и я готов съесть синеокую мегеру, обгладать стерву до костей.