"

"Может, сказывалось еще и то, что я была девушкой-Бером, не знаю. Среди моего окружения я была одна такая, и себе подобных женского рода не видела. А папа мог расхаживать зимой в одной рубашке на голое тело и от мороза не ёжиться, даже если и не был чистокровным.

Жаль, я была не такой…

Не такой сильной, смелой, не такой уверенной в себе.

Я не была сейчас уверенной даже в том, что смогу воспитать моего кроху, сидя на каком-то заснеженном пне, прижимая его к себе и стараясь не дрожать так сильно. чтобы не разбудить.

Самое забавное, что кроха притих.

И ведь не спал.

Смотрел своими красивыми глазками по сторонам, с большим удивлением пристально рассматривая широкие пушистые ветви вековых хвойных, которые опускались к земле от обилия снега на них.

Но впервые за долгое время не кричал и хныкал протяжно и жалобно. И я боялась сделать даже лишнего вздоха, чтобы не потревожить его покой. И мой тоже.

Вернее будет сказать. что покой всего леса!

— Вы чего там притихли?

Я бросила убийственный взгляд на мужчину, который продолжал заниматься исключительно домом, и, к сожалению, ничего из моих манипуляций не увидел, но вот его бас мог поднять даже контуженного из могилы!

— А можно потише?!

Он обернулся на меня, посмотрев недоуменно, но весело сквозь пряди своих вечно растрепанных волос, чтобы широко улыбнуться и подмигнуть:

— Нельзя! Я всегда так говорю.

— Лучше молчи тогда!

— Ты еще нашего Отца не слышала! Вот где уши в трубочку сворачиваются! При чем, не только от обилия громкости!

Он рассмеялся, распластавшись по стене, словно человек-паук, оттого, что пытался удержать верх двумя руками и при этом еще пододвинуть ногой к себе рухнувшие балки, сгребая за собой и снег и землю.

И, честно говоря, я хотела хохотнуть и поделиться ехидно тем, какой именно частью своего большого тела он смог бы себе помочь вместо третьей явно недостающей руки, вот только почему-то проглотила все слова, уставившись на него, пока он не видел.

Пока Янтарь работал, я могла словно маленький воришка украдкой наблюдать за ним, впервые видя его тело в полной красе.

Огромное, мускулистое, с золотистой кожей и тугими выпирающими мышцами. от которых сложно было отвести взгляда. Даже его кожа словно излучала тепло и мягкий свет, отчего к ней хотелось прикоснуться кончиками пальцев, чтобы ощутить его тепло. Чтобы его аромат остался на моей коже и согревал своим теплом каждый раз, когда я буду чувствовать себя одинокой и раздавленной.

— …И почему только ты такой? — прошептала я скорее себе, чем кому-либо.