– Дикмер!

– Я, господин!

– Годзен!

– Я!

– Приступайте. Всем смотреть, не отворачиваться. Кто отвернется, того потом насильно подведут к трупам.

Охранники Дабира достали ножи, подошли к несчастным, задрали их головы и полоснули лезвиями по горлу. На землю хлынула толчками черная кровь. Тела несчастных забились в судорогах. В толпе всхлипнула женщина. Мужчины угрюмо молчали.

Дабиров повысил голос:

– Так будет с каждым, кто посмеет выступить против своего хозяина. Предательство карается кровью, независимо от пола и возраста. Так было, есть и будет. Это закон. А теперь всем разойтись и приниматься за работу.

Да поживее!

Люди не стали ждать повторной команды, быстро разошлись, ошеломленные, напуганные кровавым зрелищем.

Дабиров подошел к Батаеву:

– Вот как надо, Вели, а ты распустил нюни. Еще политическую ситуацию в регионе довел бы до этих скотов. Запомни, Вели, это рабы, у них есть только обязанности и нет никаких прав. Впрочем, одно у них имеется. Жить, если позволит хозяин. Ты должен держать аул в страхе. Люди обязаны тебя почитать. Сейчас народ напуган. Он не ожидал подобного. Так поддерживай в них этот страх постоянно.

Наказывай за каждую мелочь, а чтобы в головы не приходили дурные мысли, загрузи их работой. Пусть пашут от рассвета до заката. Ты понял меня?

– Да, Басир. Я понял тебя.

– А теперь завтрак всем.

– А трупы?..

– Пусть полежат пока. После завтрака выделишь верных людей, машину. Вывезут… куда ты там говорил?

– К каньону у старой мельницы.

– Вот туда. У шакалов сегодня будет пиршество.

Дабиров бросил трость заместителю и поднялся в свою комнату, через окно которой Нора все видела и слышала. Глаза ее неестественно блестели.

«Укололась эта стерва», – подумал главарь банды.

Нора обняла его:

– Ты был неотразим, Басир! Только таким мужчинам дано править миром. Я счастлива, что ты со мной рядом.

– Тебе не было жалко молодых мужчину и женщину?

– Нет! Для того чтобы настоящие люди жили достойно, кто-то должен умереть.

– Ты сама-то поняла, что сказала?

– Я поняла, да и ты тоже. Я хочу тебя. Казнь возбудила меня.

– Это наркотик возбудил тебя.

– Нет, кровь. Это самый сильный возбудитель и наркотик. Возьми меня, сделай так, чтобы тело онемело и…

Дабиров прервал любовницу:

– Все! Заткнись.

Пойди прими душ, охлади свою страсть. Через десять минут завтрак.

– Но, Басир, ты не можешь так поступить со мной!

– Я все могу. Ты только что в этом убедилась. Или хочешь оказаться на месте казненных?

– Ты шутишь? – Нора побледнела.

Она неадекватно воспринимала реальность из-за приличной дозы героина.

– Конечно, дорогая. Бегом марш в душ!

Нора Бакош буквально вылетела из комнаты, успев при этом набросить на себя халат.

Дабиров прошел к окну. Трупы лежали на площадке, вокруг них темнела лужа крови.