А ту магию, что внутри, на ящиках, не видно из-за стен, которые скрывают ее. Да, так и есть, подтвердил дар и сонно зевнул. Соня, я тут так радовалась, чуть кондратий не хватил. Хочется кушать, желудок жалобно заворчал, и я прибавила шаг, стараясь идти к поварихам. Со временем я начинаю различать, кто и где находится, очень удобно, хотя сначала голова раскалывается от боли, пока привыкнешь.

Кухня была огромна и прекрасна. На такой кухне даже работать приятно, что и доказывали сейчас мои стряпухи, которые гоняли помощниц и намывали поверхности каменных столов. Высокие потолки, которые очищали от копоти и гари ученики Тония, витражные окна, которые потеряли половину стекол и сейчас были широко распахнуты, впуская свежий запах внутрь помещения. Три печи, сделанные на века и за столько столетий, совершенно не рассыпались уже были готовы к растопке. Одна из девушек Сайсы зависла высоко над трубой дымоходом и латала своей силой дыры. На кухне вовсю кипела работа, и мне тут пока еды не дадут, нужно идти в свою кибитку, я вздохнула.

— Госпожа, вы только посмотрите, какая красота! — я радовалась, когда видела улыбку на губах Нары: наш пекарь постепенно расцветает и уже не дичится и не цепляется за меня. Завела себе подружек, сплетничает с ними и хихикает, как и положено девушке. Ее брат — наш холодильный маг, при каждой удобной минуте поет мне оды о моей щедрости и доброте.

— Вижу, — кивнула я, рассматривая начищенный до блеска каменный стол, и чуть не наступила на гнума, который вынюхивал, чтобы стащить поесть. Зверюга росла не по дням, а по часам, и любимое его место возле стряпух. Зверь обиженно поджал хвост и растопырил усищи.

— Вот он где! — хитрая Люсина увидела, что ее питомец может получить полотенцем по загривку, и тут же прибежала спасать.

— Я сказала тебе закрыть его в кибитке, — услышала я голос Шены и поспешила ретироваться, пока вредная старуха не стала паниковать, что не место госпоже на кухне, где люди работают. Вот подрастет Люсина, я эту брюзжащую горничную отправлю на пенсию.

По коридорам сновали люди, что-то, перетаскивая, я не стала мешаться под ногами, все равно не дадут ничего делать. Поэтому пошла на улицу, где уже смеркалось.

Кибитки, как всегда, стоят кругом, возле входа во дворец, в котлах варится еда. Сначала выпила зелье, которое смягчит мне болезненные судороги. Тело во время отката скручивает, как при эпилепсии. Всего пару раз я так выкладывалась, что пришлось мучиться, но ничего не поделаешь, за все нужно платить.

— Госпожа, нашли воду, — рядом появился Тоний.

Я тоскливо посмотрела на исходящие паром котлы, но пошла следом за племянником вода — это важно. Спускаться пришлось на нижний этаж, даже сюда добрались.