Ну их разборки магические, еще спалят мне город ко всем чертям и где жить… магический огонь не так просто затушить.

Мы скрепили наш с Сайсой договор магической клятвой и пожали друг другу руки. Я подозвала Гария, который уже крутился, рядом ожидая своего выступления. Любил старик чувствовать себя нужным и гид из него хороший, я, бывало, сама заслушивалась, как он велеречиво рассказывал о наших достижениях, наших планах. Гарий был прирожденным агитатором, половина из тех кровников, что пришли к нам его заслуга.

‒ Гарий покажи нашим магиням все что нужно, как всегда, еда, постель, потом сходи к Аксане, скажи, пусть придет за новыми зельями и инструкциями.

Я нашла полянку с ноготками, ох пахучие они, да и полезные. Как всегда, несколько растений на семена, а остальные на отвар для примочек. Из ноготков или календулы по-другому, получаются хорошие кремы, ранозаживляющие, помогают от обветривания, для прачек самое то.

Календула не только для отваров и мазей, но и на огороде полезна. Колорадских жуков отпугивает от картошки, не знаю есть ли они тут, но лучше подстраховаться. А если высадить календулу на грядках с клубникой, то тля предпочтёт сидеть на ней, а не на клубнике.

Я так задумалась, что не сразу поняла, что Сайса не уходит. Ее подруги потопали за Гарием, который распинался о нашем роде и агитировал вступать в ряды кровников, а главная магичка осталась и внимательно наблюдала за мной.

‒ Ты что-то хотела? ‒ спросила я ее.

‒ Не хочешь узнать, что после твоего отъезда творилось у Волка? ‒ сухо спросила Сайса.

Глава 22

Я замерла, потом все же решилась спросить про одну вещь, которая не давала мне покоя:

— Ария выжила?

— Выжила, — Сайса поджала губы, — и все, больше ничего не хочешь узнать, спросить? Я наверно, единственный человек, который знает всю историю целиком.

— Мне это не интересно, — холодно сказала я. — С Амарантом Тиборием меня больше ничего не связывает.

— Ты так думаешь? – хмыкнула магичка, — Его дочь навсегда останется калекой, которая будет привязана к кровати, а ведь ты, исправляющая, могла бы им помочь.

— Я, познающая, — этот разговор начинал меня раздражать, — даже если бы я могла помочь, Амарант не доверит мне дочь.

— И все же я хочу рассказать тебе его историю, — не унималась магичка.

— Зачем тебе это? Может, ты и сюда пришла ради Тибория?

— Нет, сюда я пришла только ради себя, — Сайса пристально взглянула мне в глаза, — но я вижу боль Амаранта, мне обидно за друга, за соратника. Я хочу рассказать тебе его историю, его и Караны, может, тогда тебе будет легче простить его. Мне жаль, что с самого начала у вас все пошло не так, как нужно. Истинные пары так редки… раньше ты это понимала.