И стала спускаться к океану по каменной лестнице, все пятеро отправились за мной. Белоснежный коралловый песок искрился на солнце, мягко набегали волны, шум прибоя действовал на меня умиротворяющее. Я приподняла паранджу, которая опускалась до самых пят, не оценила восторженный вздох своих сопровождающих и вошла в воду. Она была теплая, захотелось все скинуть и искупнуться. Где-то над ухом нудел Вельмор, рассказывал что-то о приличиях, о том, что своими лодыжками я смущаю наших "" атлетов"".

— Так пусть отвернутся, — психанула я, когда он завел свою песню по третьему кругу.

— Это невозможно, они вас охраняют, — пытался достучаться до моей совести хранитель.

— От кого? Здесь кроме нас никого нет, или боитесь, что я утоплюсь от переполняющего меня счастья? — решила свести наш разговор к шутке.

— Понимаете, в нашей истории были прецеденты, — промямлил он.

— Я правильно вас поняла, покончить жизнь самоубийством мне не дадут, даже если я сильно этого захочу, — с интересом посмотрела на него, хранитель отвел глаза.

— Понятно, здесь должна была быть фраза: ""Понимаете, у нас каждая женщина на счету"", — передразнила я Вельмора.

 — Я хочу отдохнуть, может, закончим с экскурсией, тем более вы говорили, что вечером у нас запланировано посещение храма.

— Да, да, перед посещением храма вам надо обязательно отдохнуть, у нас есть замечательные массажисты, купальщики, то, что нужно для усталого организма, — обрадовался он, предлагая пройти к моему транспорту.

— Я так понимаю, все они мужчины?! — не столько спросила, скорее, озвучила факт.

— Да, конечно, вам не нравятся мужчины? — подозрительно посмотрел он на меня.

 — Я заметил, что вас раздражает внимание, оказываемое вам нашими мужчинами.

— Не волнуйтесь, с ориентацией у меня все нормально, — успокоила я его, мало ли, может, это единственное, за что женщине положена смертная казнь. — Просто я люблю умных мужчин, а внешняя составляющая для меня не столь важна. Тем более я не неудовлетворенный подросток, чтобы кидаться на все, что движется и привлекательно внешне.

Я специально говорила так, чтобы нас слышали носильщики, надеюсь, им хоть немного стыдно за свое поведение. Путь до дома хранителя мы преодолели быстро, нигде не задерживаясь, даже Вельмор шел молча.

Перед моей комнатой он поинтересовался, не нужно ли мне чего, я выразила желание принять ванну, но без купальщиков, а также хотелось пить. Он кивнул, пообещал зайти ближе к вечеру и ушел. Я зашла в комнату, все было на месте, только постель заправили, не успела я прилечь, как в комнату вошли знакомые по завтраку мальчики. Один нес банные принадлежности в плетеной корзине, второй на подносе ассорти из фруктов и кувшин с бокалом.