Кажется, у панны Жойдь было удивительно хорошее настроение.

– Ну как устроились? – спросила она. – Теперь тоже в столице?

– Хорошо, – ответил я. – Разбираться, конечно, придётся ещё. Но в целом очень неплохо.

– Нам и не могло быть плохо, – проворчал Кристап. Я снова наступил ему на ногу. Он с трудом сдержал возглас и желание двинуть мне в бок, но тут же исправился: – Даже хорошо. А как вы?

– О! – Рада всплеснула руками. – Бабушка выбрала домик в Кошачьем переулке, там удивительно уютно. Мы заселились практически сразу, как только приехали.

Мы быстро переглянулись.

«Запомнил, куда идти, если что?» – вопрос без слов.

«Запомнил», – такой же ответ.

– Там и лавку открыли вместе с Ядвигой, – продолжила Рада. – Пока только начинаем, столько всего нужно сделать – голова кругом!

Хм, а глаза-то у неё сверкают. Обычно Рада сдержаннее и ядовитее. А тут сияет, словно девчонка, которой только подарили первый букет.

– Тогда мы непременно зайдём, – сказал я.

– Будем рады, – улыбнулась она и перевела взгляд на Кристапа.

Повисло молчание. Да такое, что хоть бери вилку и прокалывай. Если попадёшь в нужное место, услышишь шипение. Мой боевой товарищ молча смотрел на Раду, но ничего не говорил. Это Кристап-то!

Рада тоже не спешила продолжать разговор. Больше того, она встала из-за стола, взяла пирожные с корзиночкой и попрощалась:

– Хорошего дня, уважаемые паны.

После чего покинула уютную летнюю площадку ресторанчика и направилась в сторону лавок с дамскими штучками.

Справа раздался стук. А, всё в порядке. Это Кристап бился головой о стол."

"– Ну и что мы молчали, будто воды в рот набрали? – ласково поинтересовался я.

– Заткнись, а?

Я пожал плечами. Как скажешь, дорогой друг.

Рассчитавшись, мы вернулись в управление. Тут же резко стало не до любовных переживаний. Дела обрушились просто валом. Я уже успел себя отругать, что расслабился. С одной стороны, пока все терпимо, с другой…

– Уважаемые, – обратился начальник отдела пан Сиксна, сложив руки за спиной. – С этого дня мы должны быть предельно внимательны. В городе промышляет банда, которая охотится на молодых девушек. Подобное уже было пять лет назад. Мы думали, что уничтожили всех, но явно кто-то сумел скрыться от правосудия.

– Вы имеете в виду банду Лесных ножей? – задал вопрос пан Аадель, который по совпадению работал вместе с нами и здесь.

– Именно, – кивнул пан Сиксна. – В особой опасности рыжие девушки. Покойный главарь их особенно ненавидел, считая порождениями нечисти.

Услышанное мне совсем не понравилось. Потому что минимум одна рыжая девушка теперь в опасности. Что ж… кажется, пришло время взяться за работу как следует и выяснить, кто такие эти Лесные ножи.

Зато Кристап изменился, будто по мановению руки.