– Что? – теребит меня Николь. – Что она пишет?

Я молча поднимаю телефон так, чтобы все видели текст.

Я все-таки возвращаюсь на Рождество! Скорее бы вас увидеть! Приеду в воскресенье, к обеду! С любовью, мама.

– Дом! – в ужасе шепчет Николь.

– Кухня! – вскрикиваю я.

– Магазин!

Мы стоим с вытаращенными глазами, понимая, что влипли.

– Рождество.

Глава двадцать седьмая

К десяти утра в воскресенье у меня два с половиной часа сна, я вымотана, но держусь. А куда деваться!"

"В пятницу вечером мы вылизали весь дом. Мы – это я, Николь, Джейк и Лейла, которая принесла пылесос. Джейк взялся за ванные комнаты. Снимаю перед ним шляпу: он сам вызвался. Я орудовала на кухне. Николь пылесосила и даже не причитала, что не умеет пользоваться этой штуковиной. Хотя и открыла рот, когда я посоветовала сменить насадку для работы на лестнице. Потом она рот закрыла и погуглила, что такое насадка, в мобильнике.

Суббота – очень напряженный день в магазине. У нас два мероприятия, да и покупатели идут сплошным потоком. Мы не закрываемся до десяти, а потом по моему настоянию проверяем, все ли стенды смотрятся нарядно, не покосились ли ценники.

К полудню нам снова надо быть в «Фаррз», но с утра там Морэг, а мы готовим обед. Я обдумала меню, Николь обежала магазины и теперь режет брокколи, Джейк готовит чизкейк, а Лейла накрывает на стол. И все мы в моих зеленых фартуках – идея Джейка. Мы выглядим как настоящая команда. Более того, мы так себя чувствуем.

– Ладно! – Я запихиваю кастрюлю с мясом ягненка обратно в духовку. – Все под контролем. Лейла, стол – просто отпад! – кричу я через окошко в гостиную.

– «Кава» остыло, – сообщает Джейк, заглядывая в холодильник. А ведь совсем недавно он скорее удавился бы, чем выпил шампанское такого сорта.

Странное дело, мы с Джейком становимся все ближе друг к другу. Раньше я толком не знала его, а оказывается, у нас много общего. Оба идем напролом, когда дело касается магазина. Даже планы у нас похожие, с далеким прицелом.

Наверное, так всегда и было, только Джейк больше думал о себе.

– Так, что у нас теперь? – спрашиваю я, сверяясь со списком (недаром мы с Ханной лучшие подруги). – Закуска есть, ягнятина есть, брокколи – скоро, картошка тут… – Я заглядываю в телефон. – Мама пишет, что через сорок минут будет. Что у нас еще?

– Фикси, – Лейла появляется на пороге и озабоченно смотрит на меня, – а может, передохнешь чуток?

– Мне незачем!

– А как ты себя чувствуешь? – осторожно спрашивает она.

Николь рассказала всей семье об истории с Себом. Теперь через каждые пять минут кто-нибудь спрашивает, как я себя чувствую, что собираюсь предпринять и не хочу ли об этом поговорить. Когда я объяснила Джейку, что мне неохота это обсуждать, он битый час распинался, какая Райан скотина. Мне не помогло.