Но в магию подобного свойства категорически нельзя вмешиваться, так как она влияет  не только на плоть, но и на ментальное здоровье.

- Не получается, - Дэнил отпустил ее руку."

"- Как не получается, пробуй еще раз, - она все еще сдерживалась, не срывалась на крик и недостойные светлой леди слезы.

- Я набирал трижды. – Дэнил посмотрел на тестя. -Формула точно та, что вы использовали?

Старый герцог Котоварский не мог ошибиться в формуле, именно ее он использовал четырежды для жены. Но от догадки, почему безотказная формула сейчас дала сбой, у него на мгновение остановилось сердце.

Отрицательно качнув головой, он выглянул за дверь, и велел отирающимся там  слугам позвать бдящего Корна.

Пока бдящий с Безвой находились в кабинете одни, герцоги Котоварские, стояли в обезлюдевшем коридоре, ни одно слово, ни громкий вдох или выдох - ничто не нарушало мёртвой давящей тишины. Дверь раскрылась с оглушающим скрипом, бдящий Корн, возле открытой двери сказал:

- Магия хранит младенца,- ритуальная фраза, означающая, что плоду, в чреве матери, более сорока дней. Ребенок – маг, только магически одаренного, даже еще не рожденного, ребенка называли младенцем.

Отныне никто не может влиять на ребенка, узнать его пол, уровень магии, количество детей, точный возраст.  И избавиться от него невозможно, не погубив при этом и мать.  До сорока дней, пока в плоде нет души и спит магия, он беззащитен, но после месяца и трети месяца отмеченный даром младенец оберегается своей силой.

- Нет! – С комнаты выскочила Безва.- Нет!!! Ненавижу вас всех! Чтоб вы сдохли! Все! Горите в аду! Всех вас ненавижу!

Она убежала в свою комнату, а мужчинам, еще долго стоявшим в коридоре, казалось,  что эхо снова и снова повторяет ее слова.

Каждый раз упрекая в жестокости и предрекая скорую кару.

Разговор двоих, о котором никто не узнал.

Безва сидела на бетонном полу в углу своей комнаты. Она подтянула колени к лицу и положив на них подбородок, бессмысленно уставилась в пустоту. Светлая леди больше не рыдала, но все тело подрагивало  от беззвучных всхлипов. Растрепанные волосы накрыли ее теплым шоколадным покрывалом, но она и так не чувствовала ни холода. Бескрайняя,  стискивающая душу ледяными щупальцами пустота, душила ее.

Она никак не отреагировала на тихий стук в дверь.

И, когда дверь открывшись, пропустила в комнату Дэнила, в его сторону не обернулась. А он нагло прошел к занятому углу и сел недалеко на пол.

- Прости.

Что теперь для нее его извинения? Она еще долго будет калекой  с запертой магией. А потом они еще что-нибудь придумают, чтоб добить ее.

- Я был не прав. Во всем.

Сейчас будет красиво говорить, он это умеет, они все это умеют. Только это и умеют.

- И за вчерашние слова…мне стыдно. Уже сказав их,  я сразу понял, какую грязь вылил.

Ну да, ну да.